Книга У каждого свой ад, страница 16 – Юлия Шульц

— И к чему ты ведешь этот разговор?

— К тому, что Даниила Олеговича к нам прислали отнюдь не по заявке.

— Я тебя поняла. Спасибо. — Как можно спокойнее ответила Кате.

Даниил стоял у меня за спиной, и думаю, что слышал наш телефонный разговор. Когда я обернулась, его взгляд не сулил ничего хорошего.

— Просто отдай мне кинжал, — тихим, но не терпящим возражений тоном сказал он.

— Какой кинжал? — кажется, эта фраза входит в мой постоянный лексикон.

— Саша, ты не держишь меня за дурака? Думаешь, обыскивая твою квартиру, я не установил камеры? О! А как ты увлеченно трахалась со своим бывшим. Я даже немного ему позавидовал.

— Это ты... - я не могла до конца поверить в реальность происходящего.

— Я, конечно, я, — улыбнулся он.

— Прямой удар в сердце в третье межреберье. Позавчера Глеб сказал, что рана нанесена профессионально. Как я тогда не обратила внимания на эту фразу? Профессиональный удар кинжалом могут нанести не так много людей. Но хирург без сомнения. Труп возле больницы... - продолжала я. — Твоей отлучки на минут пятнадцать-двадцать не заметили. Но зачем?

— Зачем? — переспросил Даниил. — Чтобы очистить мир от грешников. Священные кинжалы семи грехов, обагренные кровью тех, кто предался пороку, откроют врата ада. Нет, мы не собираемся вызывать апокалипсис или обрушить на мир казни египетские. Ад просто поглотит грехи их носителей, и оставшиеся люди снова вернуться в райский сад.

— А разве убийство — это не грех?

— Убийство порока не грех. Но я спасаю хороших людей.

Как бы отметил мой преподаватель из института по клинической психологии, детская травма и маниакальная идея налицо. Переубедить подобный тип личности невозможно, только наживешь неприятности.

— Кинжал в моей сумке. В прихожей.

— Хорошая девочка, — подмигнул Даниил, — идем вместе. Доставай.

Только я запустила руку в сумку за кинжалом, как входная дверь беззвучно открылась. Глеб стоял на пороге, держа в руках пистолет, направленный на Даниила.

— Отойди от нее и подними руки.

— Спокойно. Я без оружия.

— Саша, встань за меня, — повернулся ко мне Глеб и потерял мгновение, когда в руках Даниила появилось оружие.

— Давайте просто разойдемся. Мне нужен только кинжал.

Глеб выстрелил неожиданно для всех. Я закричала, оседая на пол. Даниил почти беззвучно рухнул на пол. Пуля пришлась ему ровно в сердце.

Спасти его не удалось бы в любом случае. Я сразу заявила это, когда начала немного приходить в себя. Через десять минут после выстрела моя квартира была полна полицейских, а через двадцать появился Владимир Алексеевич. Труп его не обрадовал. Хотя кого могут радовать трупы?

Я поспешила позвонить Кате и спросить, узнала ли она, как Даниил появился в нашем городе. Она успела сбегать к главному и выяснить, чьим протеже был наш новый хирург.

От ее ответа я хотела плакать. Глеб подошел и обнял меня за плечи.

— Все закончилось.

— Нет, — сказала я срывающимся голосом, — еще не все. Даниил в своем монологе о спасении мира сказал «мы». Заметь, во множественном числе. И десять лет назад его не могло быть в городе. Он проходил интернатуру за двести пятьдесят километров отсюда. И даже последние семь жертв не могли стать делом только его рук. По крайней мере, когда произошло третье убийство, он был со мной.