Книга У каждого свой ад, страница 10 – Юлия Шульц

— Катя, а почему ты вдруг сегодня вспомнила про то, что лень — это смертный грех? — спросила я, поставив перед ней чашку.

— О, Сашка! Тебе просто нужно было пожить с моей бабулей, чтобы выражаться подобными фразами. Она немного помешана на религии.

— И твоя бабушка много знает о смертных грехах?

— Чего она только не знает! — воскликнула Катя. — Она при всей своей набожности является еще и доктором исторических наук. Почти всю жизнь она проработала в нашем местном музее. Причем, лет двадцать до того, как ее отправили на пенсию, она была директором.

— В смысле отправили? — спросила я, поддерживая разговор.

— Да где-то лет десять назад, может, чуть больше произошла в музее какая-то мутная история с пропажей неких исторически значимых кинжалов. Но подробности мне не известны. Я тогда была подростком, и меня интересовали, в основном, мальчики, косметика и песни под гитару.

— Катя, — я схватила ее за руку так, что она чуть не расплескала кофе на белоснежный халат, — мне нужно срочно поговорить с твоей бабушкой.

— Да ради бога! Бабуля любит поболтать. Тем более, о всяких исторических штуках. Тебя ведь кинжалы заинтересовали?

— Да.

— Не знала, что ты увлекаешься историей.

— Я и не увлекалась до сегодняшнего дня. Но мне кажется, что твоя бабушка может пролить свет на обстоятельства убийства моего отца.

— Сашка, я хоть и была мала да глупа десять лет назад, но о смерти начальника уголовного розыска говорил весь город. И, если кто-то осмелился на это преступление, то он ни перед чем не остановится. Может, ты со своими догадками пойдешь к Глебу?

Я отрицательно замахала головой.

— Ладно, дело твое. И, знаешь, я понимаю твое рвение понять, что же тогда случилось. Я бы поступила так же. Но обещай мне только одно.

— Что угодно...

— Если узнаешь что-то важное, сразу пойдешь к Глебу, несмотря на всю вашу неприязнь. Пусть с этим разбирается полиция.

— Обещаю, — недовольно ответила я, хоть и понимала, что Катя, в целом, права.

— Сегодня Даниил Олегович на первом дежурстве?

— Да. Так что через час я свободна.

— Отлично. Я тоже, — обрадовалась Катя, — значит, едем к моей бабуле.

Пожелав Даниилу легкого дежурства и сказав, что в случае чего он может звонить мне в любое время, я пошла в приемное отделение, где возле выхода меня уже ждала Катя. Дошли до ее дома мы быстро. Хотя, скорее, это я почти бежала, а Катя только старалась от меня не отстать. Не знаю, что меня так гнало к ее бабке, но я каким-то шестым чувством понимала, что обязательно должна с ней поговорить.

К сожалению, у Кати меня ждал не совсем приятный сюрприз в виде моего бывшего, уютно разместившегося в кресле и расточавшего свои лучшие улыбки Елене Степановне, бывшему директору музея, а по совместительству и Катиной бабуле. Кажется, она была совершенно им очарована, даже не сразу заметила, как мы вошли в гостиную. Глеб, судя по всему, не был рад моему появлению, потому что бросил на меня весьма недвусмысленный взгляд, от которого я поежилась.

— Девочки! — воскликнула Елена Степановна, наконец, обратив на нас внимание. — Проходите. Мы тут с молодым человеком из полиции только собрались пить чай. Глеб Андреевич, вы не против, если дамы останутся с нами?

— Зная Сашу, — ответил он, — я не сомневаюсь, что вам придется повторить свой рассказ еще раз после того, как я уйду. Ты ведь пришла сюда, чтобы узнать про кинжалы? — повернулся он ко мне.