Книга В клетке у зверя, страница 123 – Анна Юта

Вадим подходит со спины, и я ощущаю его ауру каким-то седьмым чувством. Его спокойствие словно обволакивает всю комнату. Мама тоже это чувствует.

— Спасибо за все, Вадим, — произносит она с выражением глубокой признательности. — Вы уж простите, я не одета.

Я мысленно округляю глаза. Она извиняется перед ним за то, что не при параде? Что между ними произошло, что она так относится к его визитам? Или… это просто извечное и неискоренимое желание быть максимально вежливой?

— Вы отлично выглядите, Людмила Сергеевна! Помолодели, расцвели, — его голос звучит бархатисто, цепляет внутри меня какие-то струны, заставляет трепетать, хотя комплименты направлены не в мой адрес и ничего сексуального в них нет.

В этот момент идиллию момента нарушает звук открывающейся двери. Входит мамин лечащий врач. Вадим первым здоровается с ним и спрашивает про мамино состояние..

— Томография показала, что опухоль на данный момент устранена полностью, остается только восстановление после операции. Перевязки, покой, витамины, курс послеоперационных антибиотиков уже закончился.

— То есть я могу отправиться домой? — сразу оживляется мама.

— Через пару недель, если только, — с тенью досалы отвечает доктор. — И то, это самый оптимистичный прогноз.

Мама заметно кислеет, а врач, сообщивший печальную новость, покидает нас.

Виктор, до этого стоявший неподвижно, вдруг мягко спрашивает::

— Людмила Сергеевна, — его голос звучит так заботливо, что даже я вздрагиваю, — у меня есть для вас предложение.

Ловлю мамин удивленный взгляд, да и сама, признаться, немного шокирована этим.

— Я знал, что вам потребуется реабилитация, Людмила Сергеевна. — Он сейчас так очаровательно выглядит, что я таю и плавлюсь. Мама тоже плывет. — Как вы смотрите на то, чтобы это время провести у меня в доме? Я оборудовал одну комнату под полноценную медицинскую палату и уже нанял персонал.

Честно сказать, у меня отвисает челюсть. Я ведь уже думала, как буду ездить в больницу, чтобы видеться с мамой, а Вадим предлагает поселить её у меня под боком. И, похоже, он полностью уверен, что сдружится с моей мамой. Ну да, кого я обманываю? Когда нарочно не показывает зубы, Вадим выглядит невообразимо обаятельно.

Мама оторопело смотрит на него.

— Соглашайтесь, Людмила Сергеевна! — подначивает Вадим. — Вы нужны дочери. Она без проблем и сюда к вам поездит, но уютнее будет в домашних стенах, на отличном хоть пятиразовом питании. Лера не даст соврать, моя домработница отменно готовит. Плюс ближе к родной душе.

У мамы в глазах блестят слезы. Папа не был плохим человеком, но никогда не проявлял и десятой доли заботы, которую сейчас демонстрирует Вадим. И к кому! По сути, к теще.

— Вадим, вы удивительный человек, — тихо произносит мама чуть хрипло от слез. — Но только если это несложно. Я бы не хотела вас стеснять.

Вадим картинно усмехается.

— Поверьте, это последнее, о чем вам стоит беспокоиться, — отвечает и тоже растягивает на лице обаятельную улыбку.

Я стою, не зная, что сказать. Внутри разливается тепло и появляется желание варить борщ.

Домой мы возвращаемся порознь. Я еду с мамой в машине частной скорой. Внедорожник Вадима следует за нами. Мы въезжаем на территорию участка спустя, наверное, час, которого за разговором с мамой я не замечаю.