Книга Завеса зла, страница 29 – Елена Дорош

Он опросил всех подруг. Две жили неподалеку. Но она к подругам не заходила. Обе были в это время в другом месте. Куча свидетелей подтвердила. К тому же от них Рита шла бы другой дорогой, минуя сквер.

На поиски и опрос всех, кто мог знать о Ритиных знакомых хоть что-то, он потратил уйму времени, параллельно занимаясь такси, которые работали в тот вечер в этом районе. Результата не было, пока его не посетила здравая мысль: а вызывала ли Рита такси?

Никто не видел, как она уезжала. Так получилось. Но уехала ли она на такси? Еще пять минут назад он в этом не сомневался, а сейчас вдруг явственно понял: не факт. Упрямая девчонка могла поехать на метро. Из вредности, чтоб потом ему стыдно было. Рита вообще любила кататься на метро с неизменными наушниками в ушах. Такси – слишком быстрый транспорт. Не успеешь переслушать все треки. А метро едет долго, входят и выходят люди, мелькают станции. Весело. Особенно ей нравилось, когда поезд входил в туннель. Чернота, только лампочки мигают. Ну конечно! Было еще не очень поздно, и она возвращалась на метро.

Это многое меняет. Во-первых, исключает из списка таксистов. Во-вторых, вектор поисков того, к кому она направилась, несколько менялся. Долго ходить пешком Рита не привыкла. Значит, кто-то жил рядом со станцией, причем там, откуда ей пришлось возвращаться через сквер.

Но самое интересное открытие заключалось в том, что Рита заходила к этому человеку не раз и не два, а регулярно.

И преступнику это было хорошо известно. Он знал, что она придет туда, и даже был уверен, что выйдет нескоро и ее никто не будет провожать. Он ждал не наугад. Пришел ко времени и устроил засаду.

Глеб открыл карту района и стал изучать маршрут. Все так, как он думал. От станции метро до дома Риты пешком минут десять-тринадцать. Если разбить путь на два этапа, хватит на два трека. Один – до, другой – после.

Что же она делала между треками? И где?

Узнав в очередной жертве знакомую Старостина, Галимов втайне обрадовался: теперь Глеб уж точно будет рыть землю рогом. Так в общем-то и случилось, только несколько иначе, чем представлял майор.

Глеб словно нырнул в работу с головой, не собираясь выплывать на поверхность. Другими словами, перестал есть, пить, спать и прочее.

Когда он стал похож на тень отца Гамлета, – как он определил состояние Старостина, – Галимов решился на беседу воспитательного характера.

Глеба он застал внимательно рассматривающим карту района, где была найдена девушка.

Перебрав несколько вариантов подходов, Рустем решил подойти к проблеме с психологической точки зрения и осторожно спросил:

— Она была больше, чем просто подружка?

Старостин оторвался от монитора.

— Ты о ком?

— О Маргарите Банниковой. Она значила для тебя слишком много?

— Да не в этом дело, – скривился Глеб. – Много, мало, как вообще это можно замерить?

Затевать душещипательную беседу он не собирался, но все же не удержался:

— Понимаешь, я виноват в том, что не отвез ее тогда домой. Помчался на твой зов, мать твою. Обрадовался, что обо мне вспомнили. Она обиделась, не захотела, чтобы я вызвал такси, сказала, что сделает это сама. И вот. Сделала.

— Так это обычное дело. Не понимаю, чего ты виноватишься. Как будто раньше девчонок не бросал ради нашей чертовой работы. Никто не мог предположить, что так выйдет.