Книга Простивший не знает правды, страница 79 – Женя Шуменко

— Ну, а как ты хотела, Риточка? Выходной день, центральный пляж. Здесь на набережной есть все: кафе, киоски, квас свежий… Мороженое… – потарабанила она ногтями по столику. – Куда еще людям идти в такую жару, как не на пляж? Мы ведь тоже здесь. Как там у тебя с Мотом дела?

— Отлично! Когда меня выписали из больницы, он перевез все мои вещи к себе.

— Это я помню.

— Потом мы поехали с ним и его парнями к Костылю, во «Фрегат». Костыль сначала не понял, что происходит, принялся на меня орать, мол, где была, денег мне должна, – изобразила Ритка искривленное лицо Костыля. – Олег дал ему хорошего леща, такого, что тот отлетел в угол. И сказал ему, что больше я на него не работаю и чтобы забыл, как меня звали.

— А Костыль что?

— А ничего. Олег сказал: если где-то всплывет мое имя или он еще раз меня побеспокоит, он не даст ему больше делать бизнес на территории «Фрегата». Сказал, что выгонит к чертям собачьим вместе со всеми его девками.

— Чем теперь заниматься будешь?

— Салон красоты открою. Волосы, стрижки, окраски и маникюр.

— Стричь-то умеешь?

— Немного. Главное, что деньги считаю хорошо, – откусила Ритка мороженое и на мгновение зажмурилась от холода.

— Это точно! – улыбаясь, кивнула Росана. – И где салон планируешь открывать?

— Олег говорит, что может дать мне помещение на первом этаже гостиницы. Как думаешь, пойдет там бизнес?

— Еще бы! Все твои бывшие коллеги нуждаются в укладке, – по-доброму хохотала Росана.

Ритка закатила глаза.

— Все смеешься! А ведь в продажах нужно всегда начинать поиск клиента со своих знакомых и друзей. Вот ты придешь ко мне на стрижку? Волосы вон какие длинные уже! Скоро по полу волочиться начнут.

— Надеюсь, к тому времени, когда начнут, ты научишься стричь, а до этого я в твой салон ни ногой! – продолжала хохотать Вишня, привлекая внимание мужчин за соседним столиком. – Ну, а если серьезно, то мне волосы длинные очень дороги, состричь смогу только под дулом пистолета.

— Да ну тебя! – отмахнулась Ритка. – Ну хоть укладку дашь сделать перед выступлением, попрактиковаться?

— Да дам, дам, отстань только, – перенесла та волосы на сторону рукой.

— Росана, я тут хотела тебе сказать кое-что. Янка, когда узнала, что я ухожу от Костыля, злая была. Девчонки мне сказали, что она пыталась у них узнать про тебя. Смотри осторожно с ней.

— Да что мне с ней делить-то?

— Не что, а кого! Немца вашего! Не может она тебе его простить. – Ритка говорила полушепотом. Отчего Росане пришлось придвинуться поближе. – Со всей братвой она перетрахалась, и все возвращаются к ней время от времени. Все, кроме Немца. Я слышала как-то, как она Костылю говорила, что что-то пошло не так, не удалось ему уши залечить. Якобы никого, кроме певички кабацкой, он не хочет. Он тебя на свидание-то зовет?

— Не зовет. – Грусть пробежала по лицу Росаны. – После того как он вместо «Бэхи» привез эту тачку, больше не виделись. Я избегаю его. Видела как-то в «Фортуне» в ресторане с его ребятами, так после выступления свалила бегом, через дверь для персонала.

— Детский сад. Господи, как жарко! – засунула Рита в рот последний кусочек мороженого и подняла копну своих рыжих волос наверх, закрепив в небрежную шишку. – Зачем бежишь от него?

— Затем, что он женат.

— Так развелся он! – фыркнула Риточка. – Пару месяцев назад. Свободный теперь, словно орел.