Книга Багровая связь, страница 39 – Марьяна Куприянова

— Роман Григорьевич, что случилось? – спросил кто-то, заволновавшись.

И только этот посторонний голос заставил его опомниться. Наши взгляды встретились. У него пылало лицо.

— Ничего не случилось. Я задумался. Давайте сделаем пятиминутный перерыв. Мне нужно выйти.

По аудитории прошелся шепоток. Пара началась не так давно, чтобы делать перерыв. Но Шувалов уже подлетел к двери и быстро скрылся за нею.

— Что произошло-то? – студенты повернулись ко мне.

— Не имею понятия, – я пожала плечами, придавая себе беспечный вид. – Наверное, вспомнил что-то важное. Или позвонить нужно.

Это звучало убедительно, но я ощущала себя виновной в этом странном происшествии. Ладно, я сидела босая, так что с того? Мог бы сделать мне замечание и все. Но нет. Он повел себя очень странно. Что такого он увидел? Он выглядел так, словно напуган или ошеломлен. Но это были всего лишь мои ноги.

Когда Шувалов вернулся и продолжил пару, все вновь стало нормально. О странном происшествии все забыли, потому что он вел себя как обычно. Я решила больше не рисковать и вела себя порядочно. Но время от времени, когда я отрывала глаза от своего блокнота, я замечала на себе его быстрые, нарочито мимолетные взгляды. Я неприятно удивилась, когда после пары Шувалов попросил меня задержаться. Наверняка сейчас прочтет лекцию о том, что в вузе надо вести себя воспитанно, а не как у себя дома, подумала я. Просто решил сделать это с глазу на глаз, не при всех. Ну и на том спасибо.

— Девушка, да, Вы, подойдите ко мне.

— Да, Роман Григорьевич.

Мы стояли друг напротив друга, и он ничего не говорил, ожидая, пока все остальные выйдут. Под его изучающим прищуром я вела себя естественно. Дверь закрылась. Мы остались вдвоем.

— Что Вы хотели?

— Я тебя раньше не замечал, – произнес Шувалов задумчиво.

Я нахмурилась. К чему он клонит? И этот резкий переход на «ты» был неприятен.

— Не понимаю?..

— Почему ты сидишь позади всех?

Я растерялась, ожидая услышать какой угодно вопрос, кроме этого.

— Ну… мне удобно там.

— Никто на тебя не смотрит, а ты видишь всех. Прячешься.

— Я просто привыкла там сидеть. Вот и все.

— Разумеется, – прищурился Шувалов.

У него было такое выражение лица, словно он бросает камень в водоем, чтобы определить его глубину. Я молчала в недоумении. О моих босых ногах тут явно никто не собирался говорить.

— Как тебя зовут?

— Елизавета.

— Элизабет, значит. Бет.

Шувалов будто говорил сам с собой. Я лишь удивленно приподняла бровь. Но тут мужчина поднял руку и потянул ее ко мне. Он попытался коснуться пряди моих волос, упавшей на ключицу, но я молча перехватила его кисть и отвела в сторону. Его взгляд спрашивал, а мой – запрещал. Мы обошлись без слов.

Так и не издав ни звука, я ушла оттуда с очень странным ощущением подавленной взбудораженности. Все это было странно, но мне не хотелось ругаться или возмущаться его поведением. Он хотел коснуться меня, но я четко показала, что делать этого не стоит. Как все это связано с его поведением на паре? С моими ногами? Какой-то бред. Так или иначе, а я расставила все точки над «i», и Шувалов вроде бы понял.

Да, конечно, он ничего такой мужчина, и уже ясно, что я ему понравилась, но, во-первых, мое сердце занято, во-вторых, если речь заходит об измене, то я уже слишком стара для этого дерьма. Мутить с преподом, нет, спасибо, в этих водах мы уже плавали. Слишком глубоководные реки с быстрыми потоками и острыми скалами.