Книга Constanta, страница 117 – Марьяна Куприянова

— Он и заметил, а не я. И он рассказал мне об этом после. Да только я не поверила. – Мы так и обнимались, я – сидя на парте, он – стоя передо мной. И какая-то необыкновенная искренность и доброта витали между нами дымными клубами, заволакивая сознание – мое и его, словно теперь у нас одна душа на двоих. – Почему ты ничего не сказал раньше?

— Я не хотел… опасался, – в его голосе прорезалось сомнение.

— Чего? – насторожилась я, нахмурившись. Неужели такой мужчина, как он, может в себе сомневаться? Сомневаться в том, что может понравиться мне? Немыслимо.

— Что мое чувство окажется далеко не взаимно. В чем я в принципе и убедился, когда ты ворвалась ко мне с кольцом. Я скрывал все, потому что боялся самого сильного разочарования в своей жизни. Твоего безразличия ко мне.

— Костя… – я всхлипнула, роняя на его грудь горечь всех мучений, пережитых, как оказалось, зря за эти месяцы. – Ведь я боялась того же самого… Даже не боялась – я была уверена в том, что ты – счастливый женатый мужчина, которому никто не нужен, тем более, чувства такой простой студентки, как я.

— Скажи мое имя. Так, как ты сказала только что, – сладким шепотом умолял он, еще больше сжимая меня в тисках.

— Костя, – прошептала я со всей возможной теплотой. Счастливее меня в тот миг не было никого. – Костя. Мой Костя.

— Как давно я мечтал об этом, – прошептал он, откинув голову назад, будто благодарил небо, и таким растроганным я его себе раньше даже представить не могла.

Да что там говорить, я еще ни одного мужчину не видела столь чувственным, а неподдельные эмоции всегда вызывают доверие, особенно, если они полностью совпадают с твоими собственными. Мы прижимались друг к другу, едва дыша и зная, что наш личный рай разрушится в любой следующий момент.

— Я обнимал бы тебя всю жизнь, – признался Довлатов, склонив голову и целуя мои волосы. – Когда твое тело поблизости – все по-другому. Весь мир выглядит иначе. Ты даешь мне силы жить и работать. Не существовать и кое-как справляться с должностью, как было раньше, а именно жить и именно работать. От одного осознания, что где-то есть Ты, у меня такой приток сил…

Я слушала его и понимала, что он верит в то, что говорит. Несмотря на то, что все это – временно, и потом окажется, что он врал, сам того не осознавая. Устало выдохнув, я решилась на опасный вопрос.

— Костя. Что будет дальше?

— Все в наших с тобой руках, – ничуть не испугавшись (хотя я ожидала подобного), с готовностью ответил он. – Я отвезу тебя в общежитие, пока оно не закрылось, а завтра, прямо с утра, даю тебе слово, мы оба выскажем друг другу свои соображения на счет будущего. Для себя я уже все решил: я в любом случае съеду в ближайшее время – жить с нелюбимым человеком я не стану, – держа меня за плечи, он отстранился и попытался заглянуть в глаза. – Почему я не чувствую, что ты доверяешь мне?

— Потому что я до сих пор не могу во все это поверить, – покачала я головой, отводя глаза и с обидой прикусывая губу. Все же я слишком честна с ним. Да и есть ли смысл лгать и юлить, если теперь он поймет об этом сразу же? – Происходящее, словно сон… Один из тех, что я видела, моля Бога о тебе.

— А это как раз самое главное. – Он поднял мой подбородок пальцами, притянул к своим губам и стал целовать мое лицо, – верь мне. Я говорю правду и готов доказывать это делом, а не словами.