Книга Grunge Pool Drive 85, страница 102 – Марьяна Куприянова

После аварии я их так и не увидела. Только их отец приходил ко мне с корзинкой. А потом я сбежала из больницы. Но их мать знала, как я выгляжу. Спасибо новостным репортажам.

— Откуда вытащили? – спросил отец.

— Из пожара, – пискнула девочка.

Я снова обняла детей, погладила по светлым волосам. Живите, думала я, живите. Все это не просто так. Живите. Взрослейте. Становитесь личностями. Не забывайте друг о друге. Не будьте идиотами. Не злитесь. Любите маму. Не ругайтесь. Живите.

— Это мне? – спросила я, кивнув на оригами.

— Да. Мы сами их сделали.

— Какие молодцы. Ну, идите. Передавайте привет папе.

Довольные собой, детки ушли к своему столику, держась за руки. Я не могла налюбоваться ими. Отец долго ничего не говорил. Я рассматривала бумажных журавлей, вертя их между пальцев. Наконец, он подал голос.

— Расскажешь?

Я показала ему ролик об аварии, рассказывать не хотелось. Репортеры прекрасно сделали это за меня. Отец был в шоке.

— Так об этом по телевизору показывали?

— Да.

— Господи. Немыслимо. И ты бросилась прямо в огонь?

— У меня был ожог второй степени. Я некоторое время лежала в больнице.

— Сара… это ведь невыносимая боль…

— Я знаю.

Он замолчал. Понял, что сказал глупость.

— Я не вернусь, пап.

— Прости меня.

— Никогда.

Зная, что разговор окончен, мы оба не хотели уходить, и потому принялись за напитки. В кафе включили радио. С треском зазвучали первые аккорды Led Zeppelin – «Kashmir».

Я все поглядывала в окно, недоумевая, как же это отец все еще не заметил столь открытых и даже наглых взглядов долговязого рыжего мужчины снаружи. Гектор стоял там, весь напружиненный, готовый броситься на любого обидчика по моей команде, словно натренированный питбулль, и ему не нравилось, что я сижу тут так долго. Я это видела по выражению его глаз. «У тебя все в порядке?» – спрашивали они.

Я думала о том, какой же он красивый, когда стоит вот так, скрестив руки, и смотрит вдаль, на мгновение повернувшись в профиль. Ветер обдувал его жесткие и слегка курчавые волосы. Природная харизматичность проступала в каждом движении, рысье лицо сохраняло спокойствие сытого хищника. И как Соулрайд может любить кого-то вроде меня?

Я сотворила себе кумира и вовсе не жалею об этом. Плевать, что в нем довольно негативных качеств. Я сама ведь не идеал. Да и не нужен мне идеал. В конце концов, это слишком скучно. Я люблю его и даже из жалости к отцу не покину Уотербери. Отныне здесь мой дом.

Подходила к концу «Jump» в исполнении Van Halen, когда отец спросил:

— Что это за мужик снаружи, с которым ты переглядываешься?

Я не ответила.

— Это у него ты сейчас живешь? А не староват ли?

— Ты знал, что в Уотербери есть автодром и трасса, где проходят гонки?

— Нет, – недовольно ответил отец.

— Вот и я не знала.

— Он гонщик?

— Да.

— Ты счастлива с ним?

— Я люблю его.

— Ясно.

— Я и тебя люблю, пап. Но возвращаться к тебе не буду. И не проси. Можем созваниваться иногда.

— Ты меня с ним не познакомишь?

— Нет. Не думаю. Нет. Это плохая идея. Как-нибудь в другой раз.

Я допила свой лимонад и хотела уже позвать официантку. Но отец сказал:

— Иди. Я оплачу.

Он смотрел в окно, когда я садилась в автомобиль Гектора. Смотрел безо всяких эмоций, будто отпустил меня навсегда.

Смеются надо мной

— Как все прошло?