Книга Тьма по соседству, страница 96 – Марьяна Куприянова

Внутренности ощущались обожженными, глаза слезились, ресницы казались обгоревшими, но выглядели нормально. Идиотская мысль о том, что ее как будто на мгновение засосало в ад, не отпускала, поражая своей убедительностью при полном сюрреализме.

Лишь через четверть часа эти фантомные ощущения стихли. И девушка наконец пришла в себя. Гортань раздирало, голова налилась тяжестью, но это ничего. Нужно сконцентрироваться на чем-то, кроме боли, и тогда сознание прояснится.

Физическую боль можно унять, если разум чист, но не наоборот – ты же помнишь, Фаина?

Для начала девушка восстановила дыхание и осмотрелась. Она действительно находилась в своей комнате, в своей постели. За окном притаились глубокие сумерки, чего быть никак не могло. Когда Фаина направилась к соседу, на часах было около трех, разгар солнечного дня.

Как же она оказалась у себя? Почему прошло столько времени? Может, она потеряла сознание, а Ян отнес ее сюда? Фаина вспомнила, как кожа на нем краснела растущими пятнами, и вздрогнула. У нее не было никаких идей для объяснения случившегося. Точнее, никаких разумных идей.

Девушка откинула одеяло и обнаружила на себе ночное платье. Забавно, ведь она не надевала его. И уж тем более не ложилась спать. Однако кто-то пытался убедить ее в этом.

Босые ступни тихо опустились на холодный пол. Мягкая изогнутая подошва, чуть отросшие после бритья волосы на больших пальцах, плоские пластины прямоугольных ногтей, бледно-розовые лунулы. Связки и вены загуляли под бледной кожей голеностопа, когда девушка поднялась с постели и сделала пару шагов.

Будто впервые пробовала ходить.

Ночнушка висела на ней, как на вешалке. Сейчас Фаина чувствовала себя обычно, но все равно налила воды из фильтра и промочила горло. Хотелось достать из запасов самый дорогой алкоголь и…

Напиться, забыться, вырубиться.

И проснуться где-нибудь в Исландии – счастливой женой лесоруба и матерью забавного белокурого мальчугана с красивым скандинавским именем. И чтобы кругом – нетронутые природные ландшафты восхитительной красоты, минимум цивилизации и людей.

Звенящая пустота в голове, непривычная тишина снаружи. Нет, это нельзя оставлять вот так. Я не куплюсь на все эти трюки, не подумаю, что, верно, схожу с ума, не приму произошедшее за сон, как бы кто ни хотел выдать события за игры моего разума. Я в здравом уме и хорошо помню, что делала и чего не делала.

Фаина решительно грохнула стаканом о стол, развернулась на розовых пятках и направилась к двери. Но уже обувая тапочки, поняла, что вся дрожит от страха – узкая ступня никак не попадала в прорезь, обувь отскакивала от ноги. Ощутив слабость, девушка опустилась на пол, схватила себя за волосы на висках и тихонько завыла.

Не было сомнения, что она психически здорова. Как не было и адекватного объяснения тому, что с ней происходит. Реальность ушла в жестокий диссонанс с правдоподобием. Фаине пришло в голову, что любой ненормальный убежден в своей адекватности, зато весь остальной мир для него сходит с ума. Она испугалась и поднялась, опираясь о стену трясущейся рукой.

Минуту спустя она, стиснув зубы, буравила взглядом портал в 405-ю. После серии яростных ударов вместо двери вырос темный проем, и на пороге появился Кирилл. Майка «I love San Diego», растянутые трико, взлохмаченный вид, легкая щетина. Наверняка оторвали от сериала или видеоигры – больно нетерпеливый взгляд.