Книга Тьма по соседству, страница 306 – Марьяна Куприянова

Янхъяллагорентагн.

— Ты не испугана, – произнес он, как будто сам только что это понял и даже слегка разочаровался. – И тебе не противно видеть меня, как всем остальным, кто видел.

— Глупости. Неужели ты ожидал от меня такой примитивной реакции? Ты все еще тот самый Ян, которого я знала все это время. Только теперь гораздо более… настоящий. Мне нравился тот, кто прятался внутри. Вот почему я долгое время не могла запомнить твою человеческую внешность… только кусками. И вспоминать, как ты выглядишь, было противно и тяжело.

— Ты не боишься меня.

Это явно не укладывалось в его картину мира, заставляя цепенеть, повторять утверждение снова. И снова. Пока не дойдет.

— Напротив, я… полностью и бесповоротно одурманена. Может, я и больна. Но мне это нравится.

Ян был ошеломлен, но еще большее удивление он пережил, когда Фаина стала трогать его. Трогать повсюду. С дотошностью хирурга она ощупывала его новое неповоротливое мощное тело, жесткокожее, местами ороговевшее, с наростами и язвами, неестественными изгибами костей… со всем тем, что наблюдать человеческому глазу противно.

Потому что так издревле заведено.

Фаина вновь изумляла своей несхожестью с остальными, перед кем Яну доводилось обнажать истинную сущность. Ни стона отвращения, ни намека на презрение во взгляде не получил он от нее. Напротив – восторг и неуемное любопытство.

Она заставила его наклониться к себе и сосредоточенно ощупала кожу головы, с удовлетворением обнаружив искомое – два небольших конусообразных нароста, незаметных под охапкой жестких темных волос. Она ведь даже не знала, что сейчас они так малы, потому что находятся в состоянии, которое люди назвали бы сном, если бы понимали, что неживые предметы тоже могут находиться в «покое».

Ребра, подмышечные впадины, позвоночник, грудная клетка, ступни, косточки на запястьях – все было таким человеческим… и далеким от человеческого одновременно. Этот диссонанс вводил ее в ступор тем, что она видела различия, скорее даже ощущала их, но не могла зафиксировать и проанализировать.

Как будто полноценная картина на самом деле ускользала, ибо мозг фильтром накладывал поверх нее совсем другое изображение – то, что ему привычнее, а не то, что там на самом деле. И если мозг привык видеть тело и лицо Яна, он все еще мог пытаться ретушировать реальные туловище и морду Янхъяллагорентагна, используя старые визуальные настройки.

— Если бы я только знал, что это настолько тебя заинтересует, давно бы сбросил тесную, сковывающую шкуру. Но я, глупец, сделал ставку на симпатичного парня. И в случае с тобой проиграл.

Девушка в ошеломлении завалилась в кресло, не отрывая от него странного взгляда. Она чувствовала себя ужасно уставшей. Что ей делать дальше и что говорить? Чем закончится этот визит? Хотелось бы завершить начатое в прошлый раз, но позволит ли он? А еще необходимо уговорить его остаться. Любым способом, совершенно любым.

Хотелось протереть глаза и понять, что видел короткий неприятный сон, который успел тебя взбудоражить.

— Но я не сплю, – задумчиво протянула Фаина, задержав взгляд на обнаженном торсе демона. – Тебе стоило сделать это раньше, если ты намеревался соблазнить меня.

Ян молчал, с прищуром рассматривая соседку – не шутит ли она. В короткой тишине стала ощутима та самая вибрация, будто от трансформатора, исходившая от Янхъяллагорентагна, только теперь в несколько раз сильнее. Наверное, это и есть то облучение, что вредит обычным людям, подумала Фаина, но тут же решила, что теперь ей на это плевать.