Книга Тьма по соседству, страница 304 – Марьяна Куприянова

Руками он помогал себе избавиться от остатков кожи, кусками снимая ее с плеч, живота и лица. Фаина словно смотрела фильм ужасов наяву, потому что кошмарным сном назвать все это язык не поворачивался: она отлично знала, что не спит.

Несколько минут спустя все было кончено.

Он изменился не радикально: некоторые черты человеческого тела остались в этом обновленном, перерожденном существе явно гуманоидного строения, кем бы оно себя ни называло. В «лице» демона проглядывало прежнее лицо, его фрагменты, словно мозаика, которую разбили и рассыпали. Или это только чудилось Фаине? Хотелось видеть в этом краснокожем чудовище кого-то привычного и знакомого. Чтобы не сойти с ума.

Но чем больше она всматривалась, тем меньше оставалось там от былого Яна.

Его «лицо» приобрело асимметрию, которая резала глаза, и называть это лицом уже язык не поворачивался. Сам он сделался чуть выше и чуть больше. Вероятно, именно тело Яна подошло ему по размерам и комплекции, поэтому он и выбрал его, а затем усовершенствовал на свой вкус. Подобрал себе нужную форму, как и говорил Кирилл.

В полутора метрах от Фаины возвышалось удивительное создание, выкупанное в крови столько раз, что само побагровело навечно – открытой раной, вывернутой наизнанку, сплошным куском темно-красного мяса с кровью было оно.

Удлинились и покрылись жесткими волосами его конечности, появились темные пластины когтей, от пухлых губ ничего не осталось – рот превратился в черный разрез, вспоротый лезвием; черты лица огрубели, стали еще более плотоядными.

Глаза лишились радужки и полностью потемнели, двумя большими черными сферами, практически не отражающими свет, они запали в глубоких темных ложбинах под выступающими дугами бровей. Морщины повсюду, но мимика та же самая, узнаваемая.

Все так же много волос на голове, но стали они еще гуще, длиннее и темнее. Как будто прежнего Яна хорошо загримировали для роли. Но это был не Ян и не грим… Это плоть от плоти зла горделиво стояла перед Фаиной, поражая воображение своим обликом и фактом пребывания здесь.

Она хотела задать вопрос, но боялась услышать его истинный голос, ибо знала, что это будет уже не тот привычный голос ублюдка соседа, который изводил ее своими выходками, пока не влюбил в себя.

Ян ничего не говорил, он стоял перед нею так, как преступники стоят перед жертвой или свидетелем, который должен их опознать. Не шевелясь, не дыша, всматриваясь в ее эмоции, в то, как выражения ее лица менялись одно за другим. Ожидал реакции, которой стоило ждать от любого человека в здравом рассудке.

Но ведь перед ним была его Фаина, а не любой другой человек. Стандартные ожидания на ее счет не срабатывали.

— Разве это может происходить… в реальности?

— Что есть реальность? – спросил он, заставив девушку вздрогнуть, и приподнял верхнюю конечность, чтобы содрать с четко выступающих ребер остатки человеческой кожи. Сложно было назвать это рукой в людском понимании, но и до лапы животного не дотягивало. Что-то третье, чему люди не придумали названия, потому что никогда не видели.

— Ты был человеком когда-то?

— Нет. Но задуман по вашему подобию. Чтобы люди могли воспринимать таких, как мы.

— Таких, как вы… много?

— Фаина… – То, что прежде было Яном, шагнуло к ней, протягивая длинные пальцы, увенчанные внушительными когтями, но девушка не отступила. – Ты не выглядишь испуганной. Почему?