Книга Тьма по соседству, страница 206 – Марьяна Куприянова

— Они могут умереть?

— Все могут умереть. Такова моя природа.

— Ян… Чего ты желаешь?

— Узнать, что такое желать.

— Чего бы ты хотел прямо сейчас? О чем ты думаешь? Что бы ты сделал, если бы не был ограничен рамками, о которых упомянул?

Он помедлил с ответом, внимательно осмотрев сначала девушку, а затем стол, за которым они сидели, словно оценивал на прочность и то и другое.

— Ответ придется тебе не по вкусу. Я не знаю, как описать то, что чувствую, когда ты задаешь мне такие вопросы. Полагаю, вы называете это «нравится».

— Ты ведь уже делал со мной то, чего тебе хотелось, правда? Когда терял над собой контроль.

— Сложно его сохранить: ты напрашиваешься на боль и повреждения. Будто специально меня провоцируешь. Винишь себя в чем-то и хочешь наказать. Это так человечно.

— Если думаешь, будто мне нравится, когда мне ломают пальцы, ты ошибаешься.

— Уверена ли ты в этом? Разве то, как я мучил тебя физически, не облегчало твою душу? Не помогало прийти к себе? Возможно, мое появление поблизости вполне естественно и предсказуемо для человека, который привык себя ненавидеть.

— Хочешь сказать, ты здесь из-за меня? Это я тебя… призвала? Придумала? Заставила так к себе относиться? Ты перекладываешь ответственность.

— Ответственность всегда на людях.

— Ну а ты что? Ты не имеешь свободной воли и не делаешь того, что тебе хочется?

— Имею и делаю. Но исключительно с вашего позволения. Мы отклонились от темы.

— Какой темы? О чем мы вообще говорим все это время? – Фаине хотелось истерически хохотнуть. А еще – выпить. Крепкого, и побольше.

— Все вернется в свое русло, когда я уйду. А пока… что ж, я услышал тебя. И постараюсь исправиться. Но всех твоих пожеланий выполнить я не могу. К тому же у меня есть и свои условия.

— Какие же? Что еще я должна сделать?

— Прими меня.

— Что означает – прими?

— Не избегай. Не провоцируй. Не сопротивляйся.

— Ты хочешь подчинить меня. Но я не твоя рабыня. И не вещь. Этого никогда не случится.

— Тем хуже. Ибо твоя непокорность и порождает желание подчинить и многократно усиливает его.

— И ради чего все это? Допустим, ты получишь свое. Все, что хочешь. Воспользуешься мной, убьешь, не знаю, что еще сделаешь, – воля твоей фантазии. Что дальше?

— Дальше мне незачем будет оставаться здесь. Теперь я понимаю, что в этот раз пришел не зря. Я нашел не то, что искал. Но найденное оказалось гораздо лучше первоначально искомого.

— Господи. – Фаина закрыла лицо руками и продолжительно выдохнула, чтобы успокоиться. Она вдруг начала нервничать, словно из-под толстого слоя ваты вынырнула. – За что мне все это… за что…

— Некорректный вопрос. Скорее следует спросить: для чего?

Она глянула на него в промежуток между пальцами и снова спряталась за ладонями. Вот бы сейчас зажмуриться сильно-сильно, распахнуть глаза, а рядом – никого нет! И не было никогда. Фаина подавила очередной позыв рассмеяться от собственной беспомощности и ничтожности.

— Почему я? Почему? Посмотри, сколько вокруг людей.

— В самом начале нашего диалога и объяснил, почему именно ты. Тебе следует смириться.

— Смириться и терпеть? Ну уж нет. Не будет такого.

— Предсказуемый ответ.

— Ты бессмертен? – Девушка вскинула голову, ухватившись за слабую надежду: возможно, его все-таки можно убить?