Книга Забег на невидимые дистанции. Том 2, страница 203 – Марьяна Куприянова

— Не хочешь перекусить? – Как обычно, Нина пропускала комплименты мимо ушей. Знала бы она, как непросто в его положении говорить подобные вещи, чтобы не навлечь на себя подозрений.

— Ночь. Вредно.

— Даже если это наша последняя совместная трапеза?

Клиффорд посмотрел умоляюще. Промолчал, но на лице проступили скулы, а щеки провалились.

— У Стэна все еще круглосуточно?

— А говорил, что не умеешь читать мысли.

Они взяли себе поесть, причем Лоуренс впервые заказал то же самое, что она, по особому случаю уступив строгим привычкам питания. Два бумажных пакета с хот-догами, картошкой фри и газировкой отправились на заднее сиденье, откуда божественно благоухали, сводя Нину с ума. Осталось найти, где остановиться. Клиффорд ненавидел, когда кто-то ел в машине, особенно на ходу. Нина предложила поехать на озеро Квассапог, находящееся на границе с Вудбери, и встретить там рассвет. Идея пришла внезапно, но даже такой скептик, как Клиффорд, встретил ее тепло.

— Подальше от людей, – одобрил он, мельком посмотрев на нее, но Нина сделала вид, что не поняла.

Не может он замышлять чего-то, что навредит ей. Не сейчас, не этот человек. Интуиция молчит, а Нина ей доверяет.

— Ты действительно думала, что я отдалился от тебя из-за пальца, или использовала это, чтобы разговорить меня?

— Немного первое, немного второе, – призналась она.

Клиффорд хмыкнул и вырулил на Шоссе‑64. Поехали молча. Он по-прежнему выглядел мрачным, будто предчувствовал неладное. Или его так напрягла фраза о последней трапезе, которую Нина неосторожно употребила в большей степени ради того, чтобы заставить его нарушить собственное правило.

Мысли вернулись к факту окончания школы и потребности в ближайшее время решить, куда и на какую специальность подавать документы. Из-за травмы она с этим затянула, как и многие сверстники. Кто-то даже отложил колледж на целый год, чтобы прийти в себя и поступать без стресса. Некоторые не могли теперь находиться в закрытой аудитории с большим количеством людей, у них начинались панические атаки.

— Знаешь, почему я на самом деле не навещал тебя в госпитале и ни разу не приехал, когда тебя выписали?

Он помолчал, делая необходимую паузу, чтобы побороть нервную улыбку. Нина внимательно смотрела на него, он – на дорогу. Пальцы на руле напряглись и побелели.

— Почему?

— Когда мне сообщили, что в твоей школе объявился стрелок, который взял в заложники старшие классы, я так сильно испугался, что это было слишком для моей эмоциональной палитры, понимаешь? Я перегорел. Как будто через розетку на двести двадцать вольт пропустили удар молнией, и она обуглилась. А когда я приехал на место и не нашел тебя снаружи, мне стало еще хуже. Я больше не хотел подобное ощущать. Никогда. Старался задушить привязанность к тебе. Но не сумел.

— Неожиданное признание. Но спасибо за честность. Я ценю ее больше, чем ложь или молчание.

— Знаю.

Ларс потрогал пальцами гладко выбритый подбородок, точь-в-точь как любой мужчина на планете. Только в его случае это был жест смущения. Он выглядел уставшим, будто не спал пару суток подряд, и все равно оставался привлекательным. Несмотря ни на что, им хотелось любоваться.

По крайней мере, я не одна ощущаю эту странную связь, отметила Нина.

Клиффорд понимал, что на озере их ждет трудный разговор, инициатором которого станет он, потому что попытается прояснить их взаимоотношения. Понять, кто они друг другу, что ждет их дальше, есть ли у них будущее.