Книга Забег на невидимые дистанции. Том 2, страница 111 – Марьяна Куприянова

Нина остановилась – машинально – и обнаружила себя почти дома. Если сейчас свернуть здесь, это она знала наверняка, через несколько минут окажешься у дома Ридли. И она свернула, потому что должна была убедиться, что не ошиблась в этом человеке. Поговорить с ним и убедиться.

На улице уже стемнело, что не помешало Нине быстро достичь пункта назначения. Благодаря слежке с биноклем она хорошо знала, в какой части дома находится комната Сета и, самое главное, по дороге продумала, как ей туда забраться.

Стараясь действовать бесшумно и избегать фонарей, Нина пробежала по газону к правой стороне дома. Под тускло горящим окном удачно расположилась узкая решетчатая изгородь, поросшая плющом. Большего и желать грешно, как сказал бы дед.

Попробовав, крепко ли держится решетка, Нина прислушалась к звукам из комнаты. Было тихо, но свет все-таки горел. Откуда-то из центра дома, возможно, из гостиной, доносились отдаленные звуки телевизора. Вечернее ток-шоу. Лезть было всего ничего, и Нина тихонько взобралась по изгороди, вставляя ноги в квадратики и мягко шелестя листвой. Решетка казалась приваренной к бетонной стене дома и держалась прекрасно, даже не скрипела. Наверное, сделана совсем недавно.

Она боялась, что рассекретит себя раньше времени, но недооценила свои шпионские навыки. То ли Сет был чем-то сильно увлечен, то ли дремал, то ли в своей комнате терял привычную бдительность и не ожидал от мира никакого подвоха (часто ли к нему девчонки лезут с улицы?), но он даже не заметил, когда Нина показалась в окне. Его периферийное зрение не обнаружило темную фигуру и шевеление, и это вполне нормально, особенно в ночное время суток.

Ларс рассказывал, что у мужчин развито тоннельное зрение, то есть они лучше всего видят то, что находится прямо по курсу, в том числе вдали, а не по бокам. Благодаря эволюционной мутации, возникшей в первобытные времена, когда удачная охота гарантировала выживание, сейчас Нина могла вести наблюдение, оставаясь незамеченной.

Скудными источниками света в комнате были настенный ночник у изголовья кровати, роняющий вокруг себя ореол желтой сепии, а также длинная голубая гирлянда на противоположной стене. Мелкие лампочки мерцали так успокаивающе, что хотелось влезть внутрь и остаться на ночь в приятной полутьме. Эти мягко-голубые огоньки напоминали Нине медуз, флуоресцирующих в темных глубинах океана.

Здесь у Сета убежище, как у нее на чердаке, небольшое, зато уютное. В этих стенах он, наверное, самое уязвимое существо на планете.

Освещения хватало, чтобы с первых секунд различить, что на нем только штаны. Ридли вытянулся на кровати и казался еще длиннее, чем есть, даже голые ступни свисали с края. Он лежал на спине, широко раскинув ноги и приподняв голову подушкой. Одной рукой поддерживал на груди электронную книгу, чей цифровой свет слабо освещал сосредоточенное лицо, а второй медленно гладил кошку, дремавшую у него на животе. Оба выглядели по-домашнему счастливыми.

От умиления в носу защипало, как от сильной газировки. Не хотелось вмешиваться и баламутить этот островок спокойствия и уюта. Она торчит здесь уже несколько минут, а он все еще ее не заметил. Только кошка ухом повела, но глаз не открыла, – наслаждалась комфортом и безопасностью рядом с хозяином. Не стала выдавать визитершу.