Книга Забег на невидимые дистанции. Том 1, страница 184 – Марьяна Куприянова

— Ладно. Я расскажу.

Пока она описывала, как все вышло, пряча пекущие ладони под столом, Лоуренс Клиффорд позволил себе только одно – посреди рассказа он снял фуражку и положил на стол справа от себя, обескуражив девочку этим жестом. Ей пришлось прерваться на несколько секунд. Хотя ее лучший друг тоже блондин, но такого перламутрового оттенка она прежде не видела. Волосы с мизинец длиной падали на лоб и глаза по обе стороны лица. Нина представила его с ободком, открывающим гладкий лоб.

Клиффорд сделал это специально, чтобы по реакции на внезапное невербальное воздействие проверить, обманывает она или говорит правду. Он знал сигналы, извещающие о лжи, когда выдуманную историю приходится прерывать на полуслове, а затем возвращаться к ее пересказу, и не заметил их сейчас. Похоже, девочка не обманывала.

В отличие от всех подростков, когда-либо попадавших в этот кабинет для воспитательной беседы, она не выглядела испуганной, потерянной или виноватой. Побитой – да. И, несмотря на очевидные слабость и усталость, производила впечатление того, кто явился сюда, чтобы назвать Клиффорду все его грехи, заявить, что знает о нем всю подноготную.

Было заметно, что ей здесь некомфортно, но не страшно. Девочка не прятала глаза, не стучала по полу пяткой от волнения, не грызла ногти, не запиналась, не обкусывала кожу с губ. Смотрела прямо и спокойно, равно как и сам офицер. Такой взгляд – всегда демонстрация власти. Ларс не привык, чтобы на него так смотрели.

Выслушав девочку, он повторно попросил ее показать ладони. Нина подчинилась. Увидев ссадины и запекшуюся кровь, офицер кивнул, и девочка снова спрятала руки.

— Все еще не вспомнила своего имени, хм?

— Нет, – упрямилась Нина, по-прежнему надеясь выйти сухой из воды.

Даже если дома об этом происшествии узнают, а скорее всего узнают, в школе не должны. Видар убьет ее. Точно.

Мистер Йорскиллсон, недавно занявший пост директора, вел у нее физику, астрономию и естественнонаучный факультатив по субботам. У него было только два любимых ученика: Отто Биллингсли и Нина Дженовезе. Благодаря любознательности и неординарному мышлению они быстро сблизились. Именно поэтому, если директор узнает, что Нина сегодня устроила, ей конец. Дружба с учителем всегда оборачивается особым, почти отеческим отношением. И в этом нет ничего плохого, пока чего-нибудь не натворишь.

— Я должен тебя осмотреть и зафиксировать повреждения. Ты сказала, что упала на левый бок и ударилась плечом и ребрами. Встань.

— Зачем?

— Тебе все нужно повторять дважды? Ты либо глупая, либо упертая, а это тоже форма глупости.

Ларс обошел стол и приблизился к девочке. Чтобы не смотреть в упор на двойной ремень на узких бедрах с ордером справа, кобурой слева и ширинкой посередине, Нине пришлось подняться из кресла и отойти на расстояние вытянутой руки. Это позволило офицеру заметить, что одежда на девочке висит, как на вешалке.

— Закатай рукав.

— А это обязательно?

Он не ответил, ожидая подчинения.

— Пусть меня лучше в больнице осмотрят. Это как-то неправильно.

— Реальность не похожа на телесериалы. В больнице тебя тоже осмотрят, но так как тебя сначала задержали, я обязан первым освидетельствовать телесные повреждения. В любом случае полиция обязательно присутствует при этом процессе. Сопротивление тратит твое и мое время. Ты же хочешь поскорее отсюда уйти?