Книга Забег на невидимые дистанции. Том 1, страница 165 – Марьяна Куприянова

В последние минуты перед выходом молодой мужчина ходил по дому и запускал дела, которые должны совершаться в его отсутствие. Он обожал, когда несколько процессов текли параллельно, экономя ему время.

Закинул рис с овощами в мультиварку, загрузил стиральную машину, запустил на ноутбуке проверку на антивирусы и чистку от лишнего хлама. Даже недавно приобретенный робот-пылесос включил. От входной двери до спальни плелась постыдная тропинка из сора и кусков земли, осыпавшихся с казенных ботинок, в которых он утром прошел прямо к кровати, стягивая на ходу (редкое исключение, вызванное критической усталостью).

С техникой он был на короткой ноге и свободно пользовался новшествами, которых общество пока сторонилось.

Дома у Клиффорда соблюдались порядок и чистота в степени фанатизма. В других условиях он не мог бы ни жить, ни работать. Прохладная, даже строгая аскетичность интерьера в бело-металлических тонах, само обустройство дома, в котором не было ничего лишнего и все лежало на своих местах, никак не ассоциировались с грязью и хламом. Хаос точно не был его стихией. Жаль, коллеги этих взглядов не разделяли. Их рабочие места красноречиво заявляли об этом.

Несколько секунд Лоуренс стоял неподвижно, словно отключенный прибор. Размышлял, что еще может сделать полезного, но не придумал. Поэтому натянул перед зеркалом тонкую черную шапку – спасение глаз от пота, полностью скрывающую волосы необычного оттенка, поправил серый спортивный костюм, чтобы сидел удобно и не стеснял движений, обулся, туго затянув шнурки белоснежных кроссовок, схватил бутылку воды в нагрудную сумку, вышел из дома и сразу побежал.

Как любой молодой полицейский, Клиффорд поддерживал себя в хорошей физической форме и следил за показателями здоровья, раз в полгода посещая медкомиссию. Благодаря комплексным усилиям его тело пребывало в идеальном состоянии – как внутри, так и снаружи. Каждый день по утрам, раньше или позже (зависело от смены), Лоуренс бегал одним и тем же маршрутом. От дома через Рега-роуд к мемориальному парку Леджвуд, там пару кругов по спортивной площадке, обратно через Такер-Хилл-роуд, где всегда было людно и полно машин, иногда срезая через подлесок между Такер-Хилл и Джой, легко лавируя между редкими частными домиками без заборов. Получалось что-то вроде круга, если, конечно, не придираться к геометрии Мидлбери.

Домой он возвращался через часик-полтора, насквозь мокрый, непривычно румяный, готовый как следует помыться и позавтракать. Ему нравилась бодрость, которую приносит физическая нагрузка. Ни в какое сравнение с нею не шла та фальшивая энергия, которую давал кофеин, таурин или сахар.

Во время пробежки Клиффорд старался отключиться от реальности и не смотреть на прохожих. Это засоряло «оперативную память» мозга. Все лица, которые он видел, по неизвестной причине запоминались ему с фотографической точностью. Для копа, безусловно, полезный навык, но в обыденной жизни весьма отвлекающий.

Мидлбери – маленький город, среди встречных Клиффорд обязательно замечал кого-нибудь, кого уже видел раньше. Например, женщину с острым носом, которая ругалась с кассиром в супермаркете неделю назад, или мужика с седыми бровями, который в прошлом месяце заявлял о мошенничестве кузена… Или девочку лет десяти со светло-рыжими волосами под зеленым беретиком и темными веснушками, что недавно продавала соседям печенье, минуя его дом (даже маленькие торговцы избегают встреч с полицией, что не может не позабавить).