Книга Я переиграю тебя. Реванш, страница 72 – Тори Майрон

— Да… Да, конечно. Простите.

— Не нужно извиняться.

— Да, хорошо, простите, – бормочет она, стирая слезы огрубевшими морщинистыми руками, а я усмехаюсь от ее очередного непроизвольного извинения.

— Титов действительно запретил охране впускать кого-либо на территорию, но я обязательно передам ему ваши благодарности.

— Боже мой! Спасибо вам большое, – приободряется Эльмира и наклоняется, чтобы поднять с земли разворошенную охранниками корзину. – Будьте добры, передайте вашему мужу гостинцы и травы. Они помогут быстрее восстановиться.

— Нет, – встревает охранник. – Они могут быть отравлены, – поясняет, встретившись с моим убийственным взглядом.

— Господи, да что же вы такое говорите? – охает женщина. – Я своими руками все делала и пекла. От всей души. Вот смотрите, – она берет один из пирожков и смело откусывает его.

Судя по каменному лицу охранника, он не верит ни единому слову. И действие женщины тоже никак не влияет на его мнение.

— Прекратите ему что-то доказывать. Главное – я вам верю, и этого достаточно, – забираю у Эльмиры корзину и строго обращаюсь к мудаку. – Пусть Дима сам решает, есть ему это или нет. А ты расслабься. Достал.

Еще недолго пообщавшись с Эльмирой и полностью успокоив ее, я возвращаюсь с корзиной домой. Запах свежеиспеченных пирожков пробуждает аппетит, и я решаю протестировать гостинцы на себе, прежде чем предлагать их Титову. Знаю, охранник неспроста считает, что это опасно, но, видимо, моя вера в людей никогда не иссякнет.

Съедаю два обалденно вкусных пирожка с яблоками и запиваю все чаем, сваренным из смеси трав, приготовленных Эльмирой, и вроде как остаюсь живой даже спустя несколько часов. Так и знала, что все будет хорошо. Чувствовала. Интуиция меня не подвела. Хотя… Она никогда меня не подводит. Ведь в общении с Димой она тоже постоянно кричала мне, что где-то должен быть скрыт подвох, а я взяла и проигнорировала этот крик. За что и поплатилась.

Заварив в чайнике травяной напиток, я укладываю его и тарелку с пирожками на поднос, и отправляюсь в Димину спальню. Не уверена, что он будет в состоянии что-то есть, но хотя бы предложить стоит. Он двое суток живет на одной воде, чае и лекарствах. Даже лицо немного осунулось от отсутствия необходимых калорий.

Открыв дверь, ожидаю увидеть Марию и Диму, как всегда, лежащего и спящего, но… Марии в спальне нет, а Дима сидит, прислонившись спиной к изголовью кровати, и разговаривает с кем-то по телефону.

— Я тебе уже все сказал, – устало произносит он, обращая сонный взгляд на меня.

Я остаюсь стоять на месте, внимательно глядя на Диму. Он несколько секунд молчаливо выслушивает телефонного собеседника, а затем отвечает:

— Да. Все. Я не могу больше разговаривать.

Он сбрасывает вызов и откладывает телефон на прикроватную тумбу, а я отмираю и, взяв все эмоции под контроль, двигаюсь к нему.

— Не успел очнуться, как уже взялся за работу? – укоризненно выдаю я.

— Это не по работе звонили.

Огонь!

Именно он разгорается внутри меня, норовя сжечь все подчистую. Называется, впервые за долгое время я не стала врубать в себе ревнивицу и подумала о работе, и на тебе: Дима сам вмазал меня лицом в мысли о других бабах. Точнее, об одной определенной.

Злость растекается по рукам, провоцируя меня сию же секунду швырнуть чертов поднос в стену, однако я какими-то немыслимыми силами удерживаю себя от этого агрессивного поступка. Жаль лишь, что не успеваю вовремя прикусить язык.