Книга Я переиграю тебя. Реванш, страница 69 – Тори Майрон

— А ты хоть когда-нибудь даешь мне поводы этого не делать? – парирую, откидывая испачканную рубашку в сторону. – Думаю, с брюками сам справишься. Я пока схожу за телефоном и вызову врача.

— Я же сказал, что мне не нужен врач.

— А я говорю, что нужен.

— Охрана его не впустит на территорию виллы. Я дал указание никого не впускать.

— Даже для того, чтобы спасти тебе жизнь? – негодование повышает громкость моего голоса.

— Моей жизни ничего не угрожает. Мне просто нужно отдохнуть. Завтра буду как огурчик.

— Скорее, как скисший кабачок. Тебе нужна медицинская помощь. Необходимо остановить кровь и снова обработать рану. А еще выпить жаропонижающее. Ты весь горишь, – касаюсь его раскаленного лба, но убрать быстро руку не получается. Дима ее перехватывает и слегка сжимает.

В моих глазах зажигается вопрос, в Диминых почему-то тоже. Искры напряжения покалывают кожу.

— Что? – не выдержав затяжного молчания, уточняю я.

— Ничего. Просто любопытно… Откуда появилась такая забота у девушки, которая пыталась меня убить?

Его с трудом произнесенный вопрос липким холодом сковывает всю грудь, волоски на теле встают дыбом. Несмотря на мои ненависть, злость и обиды вкупе с проблемами в нашем общении, я до сих пор ужасаюсь воспоминанию о попытке убийства.

Как я могла решиться на подобное? В меня явно бес вселился. Не иначе.

— Я была не в себе, – отвечаю ему то же, что постоянно мысленно отвечаю самой себе. – При ясном уме я не способна на убийство и никому не желаю смерти. Даже тебе.

— Даже если моя смерть – единственное, что способно расторгнуть нежеланный брак?

— Что ты сегодня такой болтливый, а? Еле держишь глаза открытыми, а рот не затыкается, – с раздражением отмечаю я.

— Ты не ответила.

— А тут разве нужно отвечать? Ты ведь и так знаешь меня, как облупленную. И сам знаешь, что даже ради свободы я не смогу тебя убить. Лучше я найду другой способ, как побудить тебя дать мне развод.

Дима усмехается. Слабо и безрадостно. А затем пронзает меня таким непоколебимым, твердым взглядом, что я не врубаюсь, как он умудряется сделать это в своем состоянии.

— Я никогда не дам тебе развод, Каролина.

Всего семь слов – и тысячи эмоций. Мне становится не по себе от его уверенного голоса. Про то, как мощно действует на меня суть фразы, – вообще молчу.

— Никогда не говори «никогда». Все может измениться.

— Это мое решение не изменится. Можешь зарубить себе это на своем любопытном носу.

Его категоричность ожидаемо злит, расстраивает и погружает в отчаяние, однако неприятная смесь эмоций тут же приглушается, стоит увидеть, как лицо Титова бледнеет еще сильнее, когда он касается своего поврежденного плеча и морщится.

Зачем я вообще трачу сейчас время на бессмысленные разговоры с ним? Он же не в адеквате и наверняка даже не вспомнит наш диалог.

— Ложись, Титов. Ты мне надоел.

— Надеюсь, ты меня услышала, – продолжает он гнуть свою линию и заваливается спиной на матрас, так и не сняв с себя брюки.

— Услышала и, как всегда, пропустила твои слова мимо ушей, – выпаливаю я хлестко, но с сарказмом, однако Дима сейчас его не улавливает.

— Жизнь тебя ничему не учит.

— Тебя тоже – дергаными движениями справляюсь с ремнем и ширинкой, вообще не понимая, какого черта продолжаю ему помогать. – Только конченый идиот может добровольно продолжать держать возле себя женщину, которая тебя ненавидит и способна испортить твою жизнь, – угрюмо констатирую я и слышу в ответ сонное: