Книга Я переиграю тебя. Реванш, страница 109 – Тори Майрон

Яркие волосы уложены легкими волнами, на ресницах немного туши, губы покрыты нюдовой помадой, а лицо загорелое и свежее. Выгляжу прекрасно. Отлично. То, что надо. Даже подумать нельзя, что внутри я подавлена. И это мягко сказано.

Встаю и поправляю приталенное красное платье. Оно легкое и удобное, пусть и требует носки лодочек на каблуке для идеального женственного образа. Но каблуки меня больше не пугают. Раз уж я справилась со всем внутренним хаосом после злосчастного похода на годовщину Лаврентовых, то на каблуках уж точно сумею научиться ходить.

Чем больше боли тебе причиняют, тем меньше ты ее чувствуешь.

Не помню, где и когда слышала эту фразу, но именно она всплыла в моей памяти, стоило Титову оставить меня одну, голую и привязанную к кровати. И я полностью согласна с этими словами.

Уверена, та наивная, жалкая Каролина несколько месячной давности, которая морально умирала, пока читала «письмо правды» про Диму, всю ночь заливалась бы горькими слезами, осознавая, что мой муж мерзавец, каких еще поискать. А я не пролила ни одной слезинки.

Потому что ничего нового я не ощутила. Ничего из того, что уже сотни раз не испытывала. Человек ко всему привыкает. Вот и я привыкла к боли, злости, ненависти и ощущению беспомощности. Единственное, что выводило меня из себя, так это связанные руки, не позволяющие мне поменять позу. Тело быстро затекло, а запястья заболели, поэтому очень долго не получалось заснуть. Пережитый стресс и усталость отключили меня лишь к трем часам ночи, а когда я проснулась в полдень, мне пришлось промучиться еще несколько часов, прежде чем получить долгожданное освобождение.

Но вовсе не потому, что Титов соизволил наконец вернуться домой, дав мне возможность попить, поесть и сходить в уборную. Он просто позвонил Марии и приказал ей меня развязать, а после больше не давал о себе знать. Ни разу. За пять дней! И ни звонков, ни сообщений. Ни мне, ни Марии. Идеально.

Я бы ничего не имела против, если бы Дима исчез навсегда, но, понятное дело, это невозможно. Радует, что хотя бы причина его вчерашнего звонка была потрясающая и крайне неожиданная.

Мы, наконец, возвращаемся на Морен! Не верится! Кажется, меня там не было не два месяца, а два года как минимум. Наверное, поэтому для меня ничего не стоит натянуть на губы лучезарную улыбку и выбежать из спальни, даже не бросив на свою комнату прощального взгляда.

Я не буду скучать по этому месту и очень надеюсь, что мне нескоро придется сюда возвращаться. А лучше – никогда.

Спускаюсь на первый этаж и встречаю в холле Марию с Волчком. Он играется с резиновым мячиком возле ее ног, а женщина стоит у выхода с поводком в руках и со слезами на глазах.

Ладно, по кое-кому здесь я буду скучать. Я привыкла к Марии, и мне будет не хватать ее на Морене. И ее фирменных блинчиков тоже.

— Надеюсь, мы не прощаемся навсегда, – с грустью произносит женщина.

— Конечно нет. Я уверена, мы не раз еще прилетим сюда. У Титова же здесь куча работы, – последние слова проговариваю с презрением, и Мария печально вздыхает, всматриваясь в меня теплым взглядом.

— Я знаю, что ты опять не воспримешь мои слова всерьез, но поверь: Дмитрий хороший человек. Один из лучших, кого я знаю, честно говоря. Понимаю, между вами не все гладко, но если ты захочешь, то сможешь решить все ваши недопонимания и изменить его отношение к тебе.