Книга Я переиграю тебя, страница 178 – Тори Майрон

Его рука дрожит от напряжения, а, может, это моя дрожь переходит к нему. Не знаю. В моём полусознательном состоянии сложно определить. Единственное, что чётко вижу, – это два голубых льда, в которых пробуждается что-то неадекватное, нечеловеческие. Пугающее до полусмерти и немыслимо свирепое.

Мне бы стушеваться, прийти в себя, но ничего подобного. Вконец лишившись разума, я настолько упиваюсь всем обилием негативных эмоций, пестрящих в его зрачках, что готова завизжать от радости.

Гнев. Ненависть. Тотальное недоумение. Задетая гордость. Уязвлённое самолюбие… И что-то, сильно похожее на разочарование. Да только плевать мне хотелось на это. Пусть разочаровывается во мне сколько угодно. Он для меня никто. Лжец и убийца, которого я буду ненавидеть до конца своей жизни.

К слову, не думаю, что это продлится долго. От нехватки воздуха лёгкие начинают гореть, перед глазами темнеет, грудь пронизывает болью. Но она всё равно не идёт в сравнение с той болью, что я испытывала во время новости о его предательстве и смерти пяти невинных парней.

— Давай, – хриплю я на последнем издыхании. – Задуши… Сделай… Мне одолжение…

Мой голос начинает сипнуть, слёзы перестают обжигать кожу лица, пока мы сверлим друг друга пристальными взглядами. Титов тяжело, яростно дышит, испепеляя меня убийственным взглядом, а я задыхаюсь, содрогаясь в предсмертных конвульсиях.

— Нет! – в помещении эхом разносится твёрдый мужской возглас.

Не представляю, каким чудом умудряюсь его расслышать, ведь он раздался не возле меня. Это произнёс не Дима.

— Нет! Титов! Отпустите её! Немедленно, иначе я выстрелю! – мужчина натуральным образом кричит, и в глазах Титова, словно по щелчку пальцев, вдруг появляется осознанность. Злость никуда не исчезает, нет… Но он будто приходит в себя и расслабляет руку за пару секунд до того, как я вот-вот потеряю сознание, а затем делает шаг назад, вынуждая меня упасть на пол.

Боли от удара не чувствую. Лишь кашляю и жадно глотаю ртом воздух, ощущая себя жалкой рыбкой, выловленной из моря рыбаком, который решил пожарить её себе на ужин. Я как будто в реале слышу шипение масла и чувствую жгучую боль во всём теле, пока живительный воздух снабжает кислородом все клетки организма.

Не знаю, сколько секунд проходит прежде, чем мне удаётся отдышаться и поднять взгляд на Титова. Он пригвождает меня к полу тяжёлым взором, но на сей раз я не вижу в нём ничего, кроме замешательства. Едва заметного и кратковременного, но этот монстр будто пытается что-то связать в своём уме, но у него не получается.

Что? До сих пор не верит моим словам? Да без разницы. Не имеет значения. Сейчас меня волнует только тот, кто спас мою жалкую жизнь, осмелившись угрожать самому Титову.

Перевожу расплывчатый взгляд в сторону источника крика и вижу… Андрея с пистолетом в руках, в компании нескольких охранников.

Естественно. Кто же ещё это мог быть? Только мой Андрей. Мой защитник. Моя тень, от которой я сегодня тоже сбежала.

Добившись желаемого, Андрей опускает руку с пистолетом и напряжённо смотрит на Титова, который до сих пор ни проронил и слова.

— Простите, господин. Но у меня не было выбора. Иначе бы вы развязали войну, – виновато произносит Андрей, напряжённо ожидая ответа «господина».

А он сосредоточенно молчит несколько секунд, неизвестно о чём размышляя, а затем устремляет на меня хмурый взгляд и выдаёт низким, стальным голосом: