Книга О чем плачут мужчины, страница 40 – Лидия Давыдова

Докрасив десятый по счёту персик, Симоне откинулся на спинку диванчика кемпера, положил графическую ручку рядом, размял пальцы и потянулся, задев головой кровать верхнего этажа.

Он уже не раз задумывался о том, что по вечерам лучше не работать, да и пялиться в небольшой монитор, страдать от медленного интернета и всего того, что есть в доме, но нету здесь, ему надоело. Зато в кемпере было кое-что, чего не было в доме и ради чего стоило терпеть некоторые неудобства, – крепкий, здоровый сон. Симоне уже давно так не высыпался.

То, что он сказал ребятам про «легче дышать», было правдой, теперь он спал реально как убитый. Обычно Симоне крутился, всё думал, думал, не мог заснуть час, а то и больше, а тут, последние дни, он засыпал, как только голова касалась подушки.

— Бу, – раздалось сзади.

Симоне подпрыгнул.

— Чёрт, ну ты меня и напугала!

Нора зашла внутрь и села напротив, оглядываясь по сторонам.

— Э-э-э-э, ну как тебе тут?

Симоне пожал плечами:

— Нормально…

— Ты после поездки стал каким-то странным, не хочешь мне ничего рассказать? Чего вы там делали? – И Нора впилась в мужа самым подозрительным из своих взглядов.

— Да ничего мы не делали. – Симоне нахмурился, стараясь не смотреть Норе в глаза.

Нора выпрямилась и отчеканила, продолжая буравить Симоне тяжёлым взглядом:

— Не отстану, пока не скажешь.

Симоне еле сдержался, чтобы не ляпнуть Норе, что он тоже хотел бы, чтобы она ему рассказала про свой профиль в «Тиндере» или про то, почему она, замужняя женщина, флиртует там с каким-то незнакомым чернокожим мужчиной, но промолчал. Он просто уткнулся в экран и принялся за работу, игнорируя гнев жены, который чувствовал всем своим телом.

— Пока я сама себя удовлетворяю в одиночестве, ты на Кипре развлекался с какой-то рыжей сучкой, я это терпеть не собираюсь.

Симоне замер, положил графическую ручку и медленно выдохнул.

— Ты залезла в мой телефон? – В его голосе звучало не просто удивление, а почти детская обида.

— Ну прости, что забралась в твой ящик с игрушками без спросу, – нарочито оттопырив нижнюю губу, капризно произнесла Нора.

Симоне тяжело вздохнул, он впервые пожалел о том, что фотографии синхронизируются на всех девайсах, включая айпад, который он оставил дома.

— Да, чёрт побери, а что мне было делать? – выкрикнула Нора, но затем, сделав глубокий выдох, продолжила спокойнее: – Вы вернулись без Микеле, сами молчите, что там с вами произошло? Ты мне изменил?

Симоне выдохнул: он понял, что не закончит планируемые десять персиков до двенадцати, ему придётся сидеть над ними всю ночь.

— Ну хорошо, я расскажу.

«Если ты расскажешь мне про “Тиндер”», – хотел добавить Симоне, но не сказал этого вслух.

Нора подняла обе брови, одёрнула платье и произнесла:

— Я слушаю.

Стефания включила душ, направив струю воды на стену, ожидая, что она станет горячей. Через несколько минут вода всё ещё оставалась ледяной. Стефания чертыхнулась, выключила воду и, укутавшись полотенцем, вышла из душа. Опять проблемы с бойлером, Микеле показывал, как решить эту проблему сто раз. Просто она не слушала, она делала вид, что слушала, а пока он усердно объяснял и показывал, она мысленно составляла программу нового тренинга или думала о том, что пора обновить шторы, поменять этот жуткий оранжевый на лимонный, а возможно, даже на цвет морской волны. Она не слушала, потому что всё в их совместной жизни чинил он сам. Он решал все их баги, фиксил проблемы, от проблем с архивом на компьютере до обновления новых программ, от бойлера до рубки дров для камина.