Книга КАТА, страница 145 – Екатерина Ааронова

Окна покрылись наледью. Даже в дом уже проникал тот сухой мороз, что с невероятной скоростью обволакивал, сковывал все вокруг. Я проснулась от холода. Он посягал на каждую клеточку моего тела. Едва могла спастись от него под одеялом. Морозный воздух пробрался в мои легкие и обжигал их, а на выходе превращался в густой пар. Огляделась по сторонам. Никого рядом уже не было. До этого я спала в его теплых объятиях, а теперь замерзаю в этом тихом пустом морозильнике. Дрожь никак не покидала меня. Отопление уже не работало. Вот о чем он мог тогда говорить мне. Когда место меняет пространство. Надвигалась ледяная буря, и у меня оставалось совсем немного времени.

Я понимала это. Осознавала и принимала. Но жизнь, которая так стремительно катилась в Та́ртар, не могла оборваться в терзающем ожидании. Страдании и боли. Пока она есть, пока я не прочувствовала последний ее миг, хотела наслаждаться ею. В самых простых вещах. Бытовых, но таких важных. Не спеша, дотрагиваясь до всего, что было у меня на пути, шла за, возможно, последней кружкой горячего кофе. Трогая деревянный массив, кончиками пальцев нащупывала каждый его изъян. Мелкие шероховатости и щепки. Все вокруг манило меня. Прикоснуться, прочувствовать. Запомнить. Плыла по лестнице босиком. Холодные ступени не давали мне согреться. Но я не спешила. Хотела продлить каждое ощущение. Трясущимися от холода руками подготовила все для своего одинокого утреннего времяпрепровождения. Поставила чайник. Он согревал воду так долго, как будто она до этого и вовсе была одним большим куском льда. Когда пошел пар, я почувствовала первые нотки тепла. Такого едва заметного. Едва уловимого. Он согревал не мое тело, а мою душу. Налив в кружку кипяток, обхватила ее руками. Обжигающее, невероятное чувство. Тепло от кончиков пальцев стремительно рассеивалось по моим рукам, достигая груди. Первый глоток, и жар окутывал меня изнутри. Волнами он направлял всю свою мощь по моему телу. И лишь тогда я, вдоволь насладившись этими моментами, накинула на себя его кофту. Прошла в гостиную, осмотрелась.

Впервые в жизни смогла зажечь камин. Огонь поддавался мне. Он ярко вспыхнул и затанцевал прекрасным пламенем. Комната медленно начала прогреваться. Как можно было лучше понять ту потерянную душу, которая жаждала лишь одной жизни, если не через последнее короткое время, отведенное другой. Я пожирала глазами все, что меня окружало. Видела вещи, на которые ранее не обращала внимания. Мелкие затяжки на диванах, сколы на мебели, маленькие ниточки, торчащие из плюшевых кресел, доказывали их реальность. Посмотрела на стену, где все также скучал один из тех инструментов, которых я так стыдилась всю жизнь. Но почему? Из-за того, что могли подумать другие о столь странном таланте. Аккуратно, стараясь не повредить, сняла его с ржавого гвоздя, который странно, что еще не рассыпался под его величием. Провела рукой по блестящей гладкой поверхности.

Каждая деталь имела значение, создавая из куска меди неповторимый музыкальный инструмент. Поднесла мундштук к губам и начала играть. Я перебирала ледяными пальцами по клавишам, создавая самую прекрасную музыку. Всей душой отдавалась этому. Закрыла глаза и растворилась в моменте. Я редко играла именно на саксофоне, но тех знаний, тех навыков, что приобрела, хватало на простую, но такую осмысленную композицию. Звуки плавно меняли тональность, погружая меня в глубины сознания. Я рисовала под эту мелодию самые прекрасные воспоминания из жизни. В своей голове. Невероятное путешествие. Тот путь, что я прошла для того, чтобы оказаться в этом месте. Каждый мой выбор имел значение. Каждая утрата, каждая радость, каждая слезинка. Капли дождя, что я ощущала кожей, лучики солнца, согревающие меня. Все это было во мне. Моя невероятная, лучшая жизнь.