Книга Стрелок, страница 82 – Иса Белль

Я вытащила одну спичку, провела ей по боку коробки и пламя засверкало перед моими глазами.

Моя голова была самым опасным местом, в которое я попадала.

Я приподняла таз и спустила резинку своих домашних брюк вниз, оголяя половину бёдер. Противные длинные шрамы сбоку показались мне, но маленькие рубцы прямо посередине выглядели куда хуже. Мои руки задрожали, и я глубоко вздохнула.

Я просто хотела выпустить огонь из-под кожи. Он заполнял все мои внутренности. Мне было больно.

Спичка опустилась к моим ногам и, едва пламя успело коснуться кожи, возобновляя чувство горения заживо, как дверь в комнату открылась и мой друг Сантьяго, широко улыбаясь, зашёл в неё.

Его рука подлетела к глазам, и он мигом отвернулся, заметив меня.

— Bambino!

Я судорожно подтянула штаны и затушила спичку. Моё бедро уже саднило, и я сжимала челюсти, сдерживая крики о боли.

Боже, нет.

Дрожь захватила тело.

— Скажи, что когда я повернусь обратно, то увижу в твоих руках сигарету, – весёлость, с которой он зашёл сюда, исчезла.

Зубы заскрипели друг об друга, когда потоки слёз вырвались наружу.

Почему он не стучался? Он же был занят со своим отцом внизу.

Сантьяго медленно развернулся, поглядывая на меня сквозь щели в пальцах и поняв, что я делал точно то, что он подумал, оторвал руку от лица. Он, молча, смотрел на меня, пока я не знала, что сказать, и когда первая слезинка прокатилась по моей щеке, он сделал шаг навстречу ко мне.

— Джулия, – ласково прошептал друг.

***

Мужские руки заматывали бинты вокруг моих бёдер. Я вытянула ногу, сидя на стуле, и слушала лекцию от Сантьяго Риверо, который казался мне совсем другим человеком на данный момент.

Он заметил, как кровь стала покрывать штанину, когда мы ещё были в моей комнате, и мне не пришлось объяснять ему почему. Он всё правильно понял. Глаза не подвели его.

Лучший друг поднял меня с пола и отнёс в свою комнату, захватив домашнее платье, висящее на моём стуле. Он был зол и немного взбешён, но его руки не передавливали кожу на моих ногах, пока он аккуратно покрывал её бинтом и мазями.

— Ты не представляешь каково моё желание позвонить Доминику прямо сейчас, – пробубнил он.

— Нет!

Я положила ладонь поверх его, умоляя.

— Тогда обещай мне, что больше не будешь этого делать.

Мои зубы впились в губы с внутренней стороны.

— Обещай, – грознее потребовал он, завязывая бантик на моём бедре.

— Сантьяго…

— Обещай мне, Джулия.

Я никогда не видела его таким. В жизни Сантьяго не проявлял свою другую сторону на кого-то из членов семьи или друзей.

— Если ты продолжишь молчать…

— Это так не работает! – выкрикнула я. – Я не могу просто взять и перестать делать это, потому что ты так захотел.

— Тогда что я должен сделать, чтобы ты, – разъярённо подчеркнул он, – не захотела этого делать?!

Я сдалась. Слёзы каскадом лились на лицо, показывая боль, и злость Сантьяго испарилась, когда он заметил её. Грудь сжалась от ужаса, что он впервые видел меня такой.

Слабость не украшала никого.

— Тише, малыш Де Сантис, – он стащил меня со стула, и я упала в его объятия, стукнувшись коленками о пол. – Прости, я не должен был давить на тебя. Просто ты убиваешь меня такой.

— Какой?

Сантьяго поднялся на ноги, прижимая меня к своему телу, когда я обняла его за шею и стала держаться за него. Моё длинное летнее платье скрыло ноги, обезопасив от дяди Мартина и взора посторонних, которые могли появиться в доме.