Книга Стрелок, страница 80 – Иса Белль

Я отпросилась в туалет, чтобы помыть руки после сладкого, но на деле решила проследить за Винченцо Нери, который всё это время просто наблюдал за перепалкой, а потом словно призрак ушёл за обидчиками мамы. Я нашла его в коридоре, когда его руки без особых усилий прижимали головы двоих мужчин к стене, практически проламывая их черепа пополам. Он обещал отрезать их длинные языки и заставить смотреть на то, как Анна Де Сантис втаптывает их в пол, пока они захлёбываются в собственной крови.

Меня резко затошнило, но я всё же испытала восторг.

Если бы дядя Винченцо хотел защитить её, как жену своего Босса, он бы сделал это в зале на виду у всех. Но он спрятался, чтобы никто не узнал то, почему и как он на самом деле оберегал её.

Но папа знал. Я была точно уверенна в этом. На все сто процентов.

В маму было невозможно не влюбиться. Она была олицетворением женской силы и могущества. Самая красивая женщина, которую я когда-либо видела. С самым жестоким сердцем, в котором я получила своё особое место.

Оторвав от себя медведя и положив его обратно в коробку, я закрыла её и отодвинула, чтобы вновь приступить к поискам косметики. Мои руки легли на плотно забитую коробку, которую я с огромными усилиями придвинула к себе.

Я была уверенна, что там был мой садовый инвентарь, поэтому она была настолько тяжёлой, но, когда картонные стенки распахнулись, я замерла.

Это не моё.

Плавные чёрные линии создавали портрет на белоснежном полотне.

Я подняла рисунок и посмотрела на следующий под ним.

Лицо маленькой Талии показалась на нём.

Как это…

Рисунки заполняли коробку так, что крышка еле закрывала её. Я не могла сосчитать их. Какие-то из них были старыми и потёртыми, другие совсем свежими. Рука творца не менялась, так как техника оставалась прежней и что-то одно объединяло всех их, но я не могла понять что, кроме того, что всё точно делал один человек. Было заметно то, как с каждой новой работой рос его профессионализм.

Портреты Винченцо Нери и Мартина Риверо шли следом, а затем я остановилась на лице Себастьяна.

Мазки стали грубее и черного оказалось в разы больше, чем на других картинах.

— Я позвонил Авроре за помощью… – выбивая меня из раздумий, сказал Себастьян, без стука входя в мою комнату.

Голова метнулась в его сторону, и я закрыла коробку, но рисунки, лежащие вокруг меня, остались на месте.

На нём были только штаны и мой жёлтый фартук.

— Надо будет предупредить Доминика, чтобы он ни в коем случае не пускал её на кухню, иначе это закончится ещё одним пожаром.

Никто не учил её готовить, поэтому те два дня, что мы провели здесь, она боялась даже помогать нам с Каей, чтобы ничего не испортить. Мы не заставляли её. Может она и вовсе не хотела этим заниматься. Я не слышала, чтобы Доминик был возмущен. Наверняка он вообще думал: «О, Боги, моя Принцесса даже это делает идеально. Идеально не умеет готовить».

Но Себастьян… он что, пытался приготовить для нас завтрак?

Мои глаза ещё раз прошлись по голым участкам его тела, которые не прикрывал фартук, кажущийся на ним крохотным, и я сглотнула слюну, собравшуюся во рту. А затем глянула вниз на картины рядом с собой.

— Я кое-что нашла.

Мужчина проследил за моим взглядом и как только он заметил, что именно лежало у моих ног, я сразу поняла.