Книга Падре, страница 50 – Ульяна Соболева

Эта страсть разъедала ее изнутри, делая ее все более жестокой, отчаянной. Рита знала, что должна бороться с этим чувством, но не могла. Она была пленницей своей любви и ненависти, пленницей своих запретных желаний, которые превращали ее жизнь в ад.

Каждое утро начиналось с одной и той же мысли: как бы увидеть падре Чезаре, как бы услышать его голос, почувствовать его присутствие. Она жила этими моментами, выискивая взглядом его фигуру в толпе прихожан, ловя каждый его жест, каждое слово. В те минуты, когда он говорил, она забывала обо всем – о своем хромом теле, о боли, которую она прятала глубоко внутри, о сестре. Все отступало на второй план, и оставалось только одно – непреодолимое желание быть рядом с ним.

Но каждый раз, когда ее взгляд встречался с его, она видела, как его глаза проскальзывают мимо нее и останавливаются на Анжелике. Этот взгляд, полный внимания и чего-то, что Рита не могла назвать вслух, пробуждал в ней такую ярость, что хотелось кричать. Как он может? Как может он предпочитать ее, которая всегда была в центре внимания, всегда получала все, чего хотела?

Рита чувствовала, как ее захлестывает волна ненависти. Эта ненависть была такой сильной, что иногда ей казалось, что она задохнется ей. Она не могла больше смотреть на свою сестру, не могла выносить ее присутствия. Анжелика, эта ненавистная тварь Анжелика, она всегда была той, кого все любили, на кого все смотрели. Но теперь она посягнула на самое святое, на то, что должно было принадлежать только Рите, – любовь падре Чезаре.

Эта грязная страсть, которую Рита испытывала к священнику, разрывала ее изнутри. Ей было стыдно за свои мысли, за те образы, которые вставали перед ее глазами, когда она думала о нем. Она видела, как его руки касаются ее кожи, как его губы скользят по ее телу, она представляла, как он в своей сутане забирается на нее сверху, раздвигает ей ноги и берет ее девственность. Ей хотелось почувствовать его близость, хотелось, чтобы он принадлежал только ей. Но каждый раз, когда она видела его взгляд, направленный на Анжелику, ее страсть превращалась в жгучую ненависть.

Рита мечтала о том, как уничтожит свою сестру, как сделает так, чтобы та никогда больше не смогла появиться рядом с падре. Ее мысли становились все более мрачными, все более безумными. Она знала, что не остановится ни перед чем, чтобы добиться своего. Ее любовь к падре Чезаре была проклятием, которое превращало ее в монстра. Она уже не могла отступить, не могла остановиться. Этот путь вел ее к безумию, но она готова была пойти до конца, лишь бы видеть падре рядом с собой, и чтобы никто, особенно Анжелика, не стоял у нее на пути.

Она не могла понять, почему судьба так несправедлива к ней. Почему все всегда доставалось Анжелике? Внешность, внимание мужчин, а теперь и падре? Он был единственным, кто мог понять ее, кто мог увидеть ее страдания, ее боль, которая скрывалась за внешним спокойствием. Но даже он, даже этот святой человек, был ослеплен ее сестрой.

Рита любила представлять, как руки Чезаре скользят по ее телу, как он шепчет ей на ухо слова, от которых ее сердце замирает. Эти фантазии были такими яркими, что Рита едва могла их сдерживать. Ей хотелось прикоснуться к нему, хотелось почувствовать его тепло, но каждый раз, когда она пыталась приблизиться к нему, ее охватывал страх. Страх того, что он увидит ее настоящую, слабую и уязвимую, что он отвергнет ее, как и все остальные. И этот страх превращался в новую волну ненависти – ненависти к себе, к своей слабости, и к Анжелике, которая казалась такой сильной, такой недосягаемой. Она была готова на все, чтобы избавиться от сестры, даже если для этого ей придется прибегнуть к самым крайним мерам.