Книга Измена. Ты выбрал не меня, страница 61 – Хелен Кир

Так, бл…

Значит и туда влезла. У меня сейчас от натуги лицо порвет. Все к верху буром прет.

— С-с-ука! — бью по рулю. Глотаю воздух, рву узел галстука. — Что еще?

— В смысле?

— Вещала что еще?

— Про то, что твой отец пристроил меня по блату. Из-за того, что я будто его дочь.

Ах, ты ж замороженная курица. И сюда влезла. Ладно. Ладно. Спокойно.

— Я разберусь, Лен.

Ох, как же я разберусь. Чертям жарко станет. Она сто раз пожалеет, что сунулась. Вообразила себя всесильной? Беда в том, что ее за всю жизнь никто по носу не щелкал, но клянусь, я буду первым.

Мне плевать было, когда она пыталась диктовать Ане как нужно жить, лезла во все дыры. Отваживал, но особо не циклился, потому что Анька сама не заморачивась особо.

Только теперь Ирина Эдуардовна зашла на территорию с красным знаком «Стоп». За Левицкую отхватит по полной. Трогать нельзя, что этим сукам не понятно? Придется напомнить.

— Между прочим, — возмущается моя Левицкая, — я сама себя сделала. Понял, Стас? Сама! Операции за меня никто не выполнял. Я первая стала удалять миому с сохранением матки. Огромную, между прочим, а не маленькие узелки. Уникальные операции на трубах! Так что знаешь?! — аж задыхается. — Не надо мне! А она гадостей наговорила. Таких гадостей! Даже не пришла спросить почему ее дочь погибла. Лучше бы вы смотрели, что она спортивными нагрузками себя загружала до предела. Это был твой ребенок, Стас. Ее внук! А вы попустили. Вы! Не я! У нее лейкоциты ниже низкого были, — распаляется и кричит, обвиняя меня во всех грехах, — давление на нуле! Как ты мог! Как же ты мог?! После меня еще … Сердце у тебя есть?

— Замолчи, — глухо прошу.

Режет по свежаку. Там и так не зарубцовывается.

— Нет. Не замолчу. Зачем только появился снова на пути? А? Зачем? — вновь срывается на бешеные эмоции.

— Да не мой это ребенок был! — взрывает меня, как перекачанный шар. Я ей разве не говорил? Что ее заклинило? — И брак договорной. Анька беременна от другого была вот и все. От бывшего наркомана своего.

— Э-э-э? Как же … Ты же сразу после нас … То есть … Ты на ней женился … После моего прерывания.

— Да. Так бывает, когда тебе мало лет и ни хера не соображаешь, что происходит в твоей жизни. И еще давят так, что сдохнуть хочется. Так себе оправдание, но вот какое есть.

Лена замолкает. И я иссякаю после взрыва, как пересохший ручей.

Нам крайне необходима сейчас тишина. И мы даем друг другу дышать.

Я курю.

Внезапно Лена наклоняется, схватив мою руку, тянется губами к фильтру. Опешив, даю затянуться. Естественно, тут же начинает кашлять.

— Куда лезешь-то? Надо тебе травиться?

— Такие новости, — хрипит она, — что можно и выпить. Окончательно перестаю что-либо понимать.

— Поехали выпьем?

— При одном условии. Расскажешь почему меня так ненавидел.

Внезапный поворот, но он закономерный. Она хочет знать, я хочу объяснить. Что еще надо? Попытаюсь. Надеюсь, что поймет.

— Мгм.

Моя Левицкая удовлетворенно кивает, затягивая губы в рот. Двигает ими, облизывает. И меня заводит.

Нет, мы определенно больные. Пребываем в глубокой жопе, но при этом инстинкты живее всех живых. Что поделать? На то мы все люди.

Лена задерживает несколько раз дыхание. Знаю, сейчас что-то скажет на ее взгляд важное. И правда. Прищурившись, немного покраснев, выдает.