Книга Молот Златы, страница 121 – Хелен Кир

Был момент, когда он искал со мной финансового слияния. Вот только не учел один момент, что я в напарниках не нуждаюсь. Я работаю один. Всегда один.

Прийти ко мне и предложить огромный кусок денег на развитие компании…

Долго убеждал меня об открывающихся горизонтах. Еле хватило терпения выслушать его бред и выпроводить нахрен. Откуда придурку было знать, что днем раньше я подписал контракт с зарубежными партнерами. Я же никому не должен докладывать о своих делах, верно? Пока выпроваживал, заценил мгновенный выход из себя и отменные ругательства и угрозы. Пришлось применить силу.

Размышления прерывает тяжелый скрежет двери. Открываю глаза и наблюдаю, как в помещение входят люди. Их человек восемь где-то. Переступив через высокий порог, стоят, оглядываясь назад. А, понятно, сейчас их царек придет. И точно, сразу же заходит своей собственной персоной Кузьмичев.

Перед ним почтительно расступаются и освобождают место. Он гордым кочетом выплясывает перед толпой придурков, властно осматривает их и многозначительно кашляет. В светлом проеме показывается тщедушный парень в сапогах, даже отсюда вижу торчащий нож из растопыренного голенища. Он заискивающе смотрит на Ката и тот ему быстро и отрывисто наговаривает. Тот кивает головой и скрывается из вида.

— Ну здорово, Шахов, — разносится его голос на всю каменную клетку.

— Ну здорово, коль не шутишь, — даже не пытаюсь подняться. Здороваются стоя только с теми людьми, к которым испытываешь уважение, а здесь ничем подобным не пахнет.

— Как тебе мой кабинет?

— В самый раз. Именно то, что тебе нужно. Ты в офисной добротной обстановке не катируешься. Подвал и крысы — вот это твое! — говорю, как думаю, нисколько не приуменьшая.

— Бравируешь? Ну-ну, — ухмыляется Кат и безумно вращает глазами. Весь дрыгает и дергается. — Посмотрю, как сейчас запоешь. На крюки!

Вот и начинается веселье. Крюки.

Как же подвесит, интересно мне. Поднимают и волокут к противоположной стене, на которой виднеются кольца с этими крюками. М-да. Мои яйца сжимаются. Жить определенно хочется.

Меня тащат четыре бугая, один из которых висит прямо на загривке. Но все равно в их движе ощущается оторопь. Один из них только борзой, все старается надавить сильнее. Да-а-а, не хотелось бы висеть распятым.

Поэтому пригибаюсь еще ниже и совершаю отчаянный рывок к эфемерной свободе. Понимаю, что возможно впустую, но идти бараном на заклание охоты нет. Неимоверным усилием стряхиваю этих мудаков и подсекаю двоих. Один, неловко зажав ногу, пялится на меня с пола. Другой же, поддерживая руку, глухо стонет. По ходу вывихнул. Мало что успеваю, но ловлю удивленный взгляд Ката.

Он кивает и в эту же секунду принимаю шикарный удушающий от недомерка, который передавливает мне шею и артерии. Второй виснет на ногах, блокируя движения. Следом наваливается еще кто-то. Как позорный шлак сползаю на пол под тяжестью нападающих. Не знаю, что ждал…раскидать все хотелось, но я не Тор. Волшебного молота нет. Взяли количеством, и я ни хера не Рэмбо против толпы.

Перед выступом останавливают и сдирают рубашку. Промозглая сырость волной хлещет по спине, я это ярко чувствую. Встряхиваюсь насколько возможно, сгоняю мерзлятину с плеч.

— Не перестарайся, — с душой советую обсосу, который всовывает мои руки в кольца. — Отвечать придется.