Книга Хрустальная ложь, страница 74 – М. Эль

Каждый раз при произнесении имени Валерии в его голосе звучала смесь чувств:

• боль, глубокая и незаживающая;

• гордость, скрытая под слоем обиды, за ее силу и независимость;

• и ярость, дикая, необузданная ярость, потому что она посмела уйти, оставив их всех.

Он любил ее, но ее исчезновение сломало его, превратив из беззаботного юноши в человека, движимого единственной целью — найти сестру, вернуть ее домой и, возможно, простить. Или не простить. Или самому попросить прощения... Алан уже не знал, что будет делать.

Луиза Карром — кузина Валерии, ее верная тень, жила в соседнем крыле огромного, опустевшего особняка Андрес. Она переехала туда не просто так, а чтобы тетушке Эмилии не было так больно и одиноко, чтобы в этих стенах оставалось хоть какое-то подобие тепла. Луиза тоже изменилась. Ее когда-то легкая и беззаботная натура теперь была окутана облаком меланхолии.

Она стала тише, ее смех, если и звучал, то очень редко и приглушенно; Задумчивей, ее взгляд часто устремлялся куда-то вдаль, словно она видела то, чего не видели другие; Редко выходила к завтракам, предпочитая уединение своей комнаты; Постоянно носила в руках телефон, как спасательный круг в океане неизвестности.

Потому что она единственная в доме знала, что Валерия… жива. И где-то там, в огромном мире, продолжала дышать, бороться, жить своей, пусть и опасной, жизнью. Но она обещала. Она поклялась Валерии хранить ее секрет, и Луиза, в отличие от многих в их мире, была человеком слова. Она не могла нарушить свою клятву, даже ради своих самых близких.

И Алан это чувствовал. Он чувствовал эту недосказанность, эту скрытую тайну, которая словно невидимая стена стояла между ними. Он видел, как Луиза изменилась, и инстинктивно понимал, что она что-то скрывает, что-то жизненно важное, что-то, что могло привести его к Валерии.

Он застал её на террасе поздним вечером — та сидела на перилах, ее стройная фигура казалась хрупкой на фоне темного неба. Телефон освещал раскрытую книгу, которую она читала, а вечерний ветер путал ее длинные блондинистые волосы, словно пытаясь запутать ее мысли.

— Лу. — его голос был твёрдым, лишенным обычной мягкости, которой он старался придерживаться с ней.

Девушка подняла глаза, в которых отражалась луна. В них была усталость, но и упрямство.

— Ты опять пришёл за тем же? — спросила она, и в ее голосе звучала нескрываемая горечь.

— Да. — коротко ответил он, его челюсть была упрямо сжата.

Она закрыла книгу, положив телефон экраном вниз.

— Алан, хватит. Это бессмысленно.

— Нет. — Он подошёл ближе, его тень накрыла ее. — Ты что-то знаешь.

— Я ничего не знаю, — девушка опустила взгляд, отворачиваясь. Это была ложь, и оба они это понимали.

— Ты врёшь. — Его голос был тих, но полон обвинения.

Луиза резко вскинула голову, и впервые за всё время в её глазах мелькнула злость, чистая и неприкрытая, словно молния в ночи.

— Я твоя кузина, Алан. А не подчинённая. — Ее голос звенел от обиды. — Не смей со мной так говорить! Во мне тоже течет кровь Андрес.

Алан сжал зубы, его лицо перекосилось от внутренней борьбы. Он знал, что перешел черту, но отчаяние сжигало его изнутри.

— Прости… но я не могу сидеть и ждать, пока моя сестра… — Голос сорвался, словно невидимая нить оборвалась. Он провел рукой по лицу, пытаясь сдержать эмоции, но безуспешно.