Книга Хрустальная ложь, страница 164 – М. Эль

— Да? — Голос её был низким и деловым.

На том конце провода был Риз, Капо. Его обычно невозмутимый голос был на грани паники.

— Госпожа Андрес, это Риз. Вы просили звонить в случае… в любом случае. В общем… произошло… дерьмо.

Всё ликование в зале суда мгновенно исчезло для неё. Воздух стал тяжёлым, как свинец.

— Что именно, Риз? Говори чётко.

— Нападение. На складе. Мы отбились, но… Виктор. Он поймал пулю. Мы везём его домой, но… кровь…

Её рука с телефоном замерла. Внутри всё сжалось в тугой, ледяной узел. Пуля. Виктор.

Она не произнесла ни слова. Просто опустила телефон, не прерывая звонок, и посмотрела на свои руки, которые только что держали папку с доказательствами. Теперь они должны были держать что-то другое.

Лилит резко подняла голову. Её медовые глаза, минуту назад сиявшие от профессионального триумфа, теперь были холодны и опасны. В них не было страха — только ярость и абсолютная концентрация.

Она отбросила папку с документами, которая с глухим стуком упала на пол. Клиентка, всё ещё всхлипывая от счастья, попыталась коснуться её руки, чтобы поблагодарить.

— Простите, — бросила Лилит, её голос был отрывистым и чужим.

Она не стала прощаться. Не стала объяснять. Она просто развернулась и, не глядя ни на кого, направилась к выходу. Её высокие каблуки, минуту назад символизировавшие её власть в зале суда, теперь отбивали быстрый, решительный ритм по мраморному полу.

Она шла, прокладывая себе путь сквозь толпу журналистов и адвокатов. Её красное платье, которое она надела сегодня, казалось сейчас одеждой воина.

Выскочив из здания суда на залитую солнцем улицу, Лилит села в машину. Достала из сумочки свой второй, рабочий телефон, и набрала Риза.

— Где вы? — Её голос был твёрдым. — И Риз, слушай меня внимательно. Если он умрёт, пока я доберусь до вас, я лично найду того, кто это сделал. И я не буду использовать закон.

Он сидел на краю дивана в гостиной своего пентхауса, который теперь превратился в импровизированный лазарет. Рубашка была разорвана на плече, кровь — алое пятно, уже почти засохшее, но всё ещё раздражающее её до дрожи.

Валерия ворвалась, будто сама буря — без пальто, без папок, с глазами, в которых небо и огонь смешались во что-то первобытное.

— Где он?! — её голос разнесся по дому, и Селина только успела указать рукой в гостиную, прежде чем Валерия пролетела мимо.

Она бросилась туда — каблуки стучали, как удары сердца, а потом остановилась, увидев: жив.

Жив.

Только перевязка, и дьявольская, совершенно неуместная улыбка на лице Виктора.

— Всего лишь царапина, змейка, — сказал он спокойно, будто речь шла о ком-то другом, а не о пуле, пробившей его плоть.

Она не ответила. Просто бросилась и, не сдержавшись, обняла его. Сжала так крепко, что он на секунду выдохнул с болью, но не оттолкнул. Наоборот, прижал её к себе.

Её ладони, которые всего час назад держали ручку в зале суда, дрожали.

— Идиот… — выдохнула она, спрятав лицо у него в шее. Запах его дорогого парфюма смешивался с запахом крови и йода. — Чёртов идиот…

Виктор усмехнулся, чувствуя, как её дыхание горячо касается кожи.

— Ты плачешь?

— Нет! — слишком быстро, слишком резко. Она отстранилась, глаза вспыхнули. — Просто… Просто место себе не нахожу, когда ты ведёшь себя как безмозглый герой!