Книга Паутина, страница 102 – Весела Костадинова

Я наморщила лоб, силясь ухватить ускользающую нить воспоминаний.

— Или его нет?

— Нет… нет… — я сжалась, пальцы вцепились в подлокотники кресла, ногти впились в ткань. — Только удовое дерево и цитрус…

— Хорошо, Лиа. Кто пахнет удовым деревом и цитрусом? Ты знаешь этого человека?

Где-то внутри что-то перевернулось.

Я знала.

Я знала этот запах.

Он не раз был рядом. Он окружал меня, проникал в кожу, в память, в ужас.

— Да… знаю…

— Имя, Лиана. Как его зовут?

Я открыла рот, но звук застрял в горле. В голове вспыхнул образ. Смазанный, тёмный, но я знала, кому он принадлежал.

— Игорь… — губы сами произнесли это имя, и от одного его звучания меня вывернуло изнутри. — Игорь Роменский…

Тишина.

Мне казалось, что весь мир застыл в ожидании.

— Это он, Лиана? Он был той ночью с тобой?

Лёгкие обожгло, будто я задыхалась. Всё тело напряглось, в голове сливались тысячи голосов, тысячи страхов.

— Не знаю… — хрипло прошептала я, хотя внутри уже всё понимала.

— Чувствуй, Лиана, — голос Макса был тёплым, но настойчивым. — Почувствуй запах. Почувствуй прикосновения. Чувствуешь?

И тогда это нахлынуло, как волна.

Я вскрикнула, резко откинувшись назад, сердце пропустило удар, а затем забилось так сильно, что отдавало в висках.

— ДА!!!

— Кто с тобой, Лиана? — голос Макса стал чуть громче, он был здесь, рядом, но я не могла прийти в себя. — Это Игорь Роменский?

— ДА!!!! Это он, — я задыхалась от воспоминаний и боли, чувствуя, как по спине катиться пот.

На секунду мне показалось, что я смотрю на себя со стороны. Всё размыто, а потом… потом всё стало так кристально ясно, как будто я всегда знала, что это был он.

Макс включил метроном. А потом поставил перед моими глазами палец.

— Следи за пальцем, Лиа. Следи за ним глазами.

Туда-сюда, снова туда-сюда, снова и снова и снова. Рука и такт метронома.

— Что чувствуешь? — Макс перестал водить рукой.

— Не знаю…. опустошение.

— Снова следи, Лиана.

И снова, и снова.

— Что чувствуешь?

Я выдохнула, чуть прикрыв глаза. Сердце возвращалось к нормальному состоянию.

— Мне… лучше, — это на самом деле было так. — Макс… мне… легче.

— Да, Лиа. Так и должно быть. Сейчас закрой глаза, расслабься. Что ты чувствуешь?

— Облегчение. И правду. Я теперь знаю правду.

— Хорошо, — он подсел рядом со мной и осторожно обнял за плечи. Его тепло растеклось и по моему телу, ровное дыхание Макса действовало успокаивающе. Я невольно подстроила свои вдохи под его, расслабляясь после пережитого вновь кошмара.

Я не знаю, сколько времени он просто держал меня в объятиях, мне казалось даже, что я задремала в его руках. Но когда открыла глаза сознание было удивительно четким.

— Макс… — подняла голову, встречаясь глазами с его теплым взглядом. — Это Роменский. Он это сделал со мной в ту ночь.

— Да, Лиа, — вздохнул Макс. — Это он.

— Зачем? — в моём голосе прорезалась горечь, терпкая, как полынь. — Зачем, Макс?

Он внимательно посмотрел на меня, его глаза потемнели, но в них не было ни злости, ни ненависти — только глубокое понимание и какая-то болезненная усталость.

— Кто знает, девочка моя, кто знает? — он тяжело вздохнул, проводя рукой по моим волосам. — Власть… Чувство собственности… Это видно было по нему ещё тогда, когда я забирал твои вещи из университета.

Макс замолчал, будто давая мне возможность осознать его слова, а затем наклонился ближе, его голос стал чуть тише, но в нём звенела уверенность, от которой внутри меня всё сжималось.