Книга Игроки и жертвы, страница 97 – Весела Костадинова

— А проблема сейчас не в тебе…. — зло ухмыльнулась она.

Я перевала злой взгляд на Кирилла.

— Молодец. Подставил и меня и себя, Кир. Не мог просто делать то, что она скажет? Я же переступаю через себя, всякий раз когда работаю с тобой!

— Просто давай руку и пройдем этот чертов канат, — отрезал он. — Не высоко здесь, я удержу тебя, даже если ты полетишь вниз.

— Да пошел ты…. — я резко подошла к дороге и встала на нее. Веревка подо мной дернулась несколько раз.

Почувствовала, как Кирилл встал рядом, страхуя меня, и осторожно подталкивая вперед. Шаг, другой, третий.

— Вниз не смотри, — приказал он, когда я хотела это сделать. — На меня посмотри.

Я подняла взгляд и столкнулась с его глазами — серыми, холодными как две льдинки. Они требовали, приказывали, не оставляя места для сомнений.

— Ненавижу тебя, — прошипела я сквозь зубы, чувствуя, как внутри закипает злость.

— Я знаю, — ответил он ровно, без тени эмоций. Его лицо оставалось непроницаемой маской. — Но всё равно смотри на меня.

С каждым шагом моя злость росла. Эти его ледяные глаза, этот тон, эта его непрошибаемость… всё это бесило. Но как ни странно, я двигалась вперёд, шаг за шагом. Через несколько мгновений мы оказались на другом краю оврага.

Я быстро отошла в сторону, стараясь успокоить дыхание. В висках стучало, а ноги чуть подрагивали.

Туда же подошла и Илона, пристально глядя на нас.

— Тааак, — протянула она, — не помогло. Мальчики, — вызвала она кого-то по рации, — подойдите ка на позицию 4. За мной.

— Илон, мы готовы работать, — постаралась успокоить ее я. — Давай уже вернемся к работе. Мы оба готовы.

— Вы оба меня уже достали вашими комплексами и эмоциями. Оба, понимаете! Сейчас решим проблему радикально. Не хотела — но придется. Кир, Агата, если вы не пойдете — вас приведут силой.

— Илона, не переходи границ, — зло рыкнул на нее Кирилл. — Тебе сказано — достаточно.

— Нет, Кир. Рискни сейчас меня остановить! Охрана здесь подчиняется мне, ты сам отдал этот приказ в пятницу и дал мне возможность взять моих людей, а не твоих. Что ты мне сделаешь? Уволишь?

Илона посмотрела на нас обоих с той холодной уверенностью, которая заставляла подчиняться, просто потому что выбора не было. Она включила рацию снова, и через несколько секунд к нам подошли двое крепких мужчин, которых я не знала, но они явно были готовы выполнить любое её распоряжение. Они выстроились рядом с ней, ожидая дальнейших указаний.

— Хорошо, — медленно ответила я, стиснув зубы, — мы пойдём сами.

На этот раз мы вышли на небольшую поляну, на которой был установлен тир.

— Хочешь, чтоб мы постреляли? — усмехнулась я.

— Стрелять будешь ты, — холодно ответила она, протягивая мне винтовку для пейнтбола. — А мишенью будет он. Что, Кир, рискнёшь понять, что такое боль? — продолжила она, глядя на него так, будто каждый её взгляд был ударом. — По-настоящему. Боль, которая прошивает до костей. Боль, которую причиняют умышленно, расчётливо, с чувством, с толком.

Мне казалось, что меня вот-вот стошнит. Илона пересекала все возможные границы. Одно дело — ударить шокером в момент гнева, но заставить меня стрелять в человека, причём сознательно, намеренно, шаг за шагом… Это было слишком.

Я перевела взгляд на Кирилла. Он стоял молча, напряжённый, но явно не собирающийся отступать. Его взгляд метался между мной и винтовкой.