Книга Игроки и жертвы, страница 108 – Весела Костадинова

— Да… в холодильнике, — пробормотала она, не до конца уверенная в своих словах, но явно решившая пока не задавать лишних вопросов. Она аккуратно выпрямилась на своём рабочем месте, собравшись с мыслями, как бы возвращая себе контроль над ситуацией. — Вы знаете, какой кофе пьет Кирилл Алексеевич?

— Конечно, — я кивнула и мысленно возблагодарила Илону, — вам тоже сделать?

Анна слегка замешкалась, и на её лице промелькнула удивлённая улыбка, которую она быстро попыталась скрыть за профессиональной сдержанностью.

— Если вам не трудно, — ответила она с деликатным кивком, словно ещё не привыкла к такой неформальной атмосфере в офисе. Было видно, что ей хотелось задать больше вопросов, но тактичность удерживала её.

Я занялась приготовлением её кофе, бросив взгляд на Анну, которая уже вернулась к своим обязанностям, но её взгляд время от времени метался в мою сторону. В воздухе повисло тихое напряжение, смесь любопытства и недосказанности. Словно мой неожиданный ночной визит, общая смена обстановки и сам факт, что я готовлю кофе для Кирилла, не укладывались в её привычную картину.

— Агат, — Кирилл вышел из кабинета вытирая голову полотенцем, — Илона будет через пятнадцать минут. Ох, Анна, доброе утро.

— Отлично, — лучезарно улыбнулась я ему, — твой… ваш кофе готов, сейчас принесу.

— Спасибо. Ань, вызвони всех руководителей, вплоть до третьего звена: расширенное аппаратное будет в девять. В восемь — стандартный обход. Может чуть раньше его начнем.

Анна мгновенно собралась и кивнула, возвращая себе привычный рабочий вид. Она профессионально записала указания, но взгляд её мельком скользнул в мою сторону, как будто она всё ещё пыталась уловить, что именно изменилось этим утром.

— Ну что, ты готова? — в приемную ураганом ворвалась Илона — как всегда уверенная и собранная. — Вещи, косметика, обувь…. Анна Михайловна, есть тут где нашу гостью переодеть?

— И тебе доброе утро, Илона, — ухмыльнулась я, — пошли в кабинет к Киру, там переоденусь.

— Как ночь прошла? — тихо спросила меня Илона, когда мы заходили внутрь, — без членовредительства?

— Все у него на месте.

— Это хорошо. Привет, Кир. Вижу, живой и даже не побитый. Радует. Все, Агата, вали переодеваться, мы тут с Киром посплетничаем малость.

Илона привезла черное строгое платье из плотной, чуть мерцающей ткани, с круглым вырезом по плечам, открывающим мою шею. Если верх платья мягко обтягивал фигуру, то юбка была легкой, расклешенной, придавая образу легкости и женственности. Вкус этой женщины был совершенен — она даже платьем словно говорила всем — да, нас ударили, но мы не станем делать из этого трагедию.

— Хороша, чертовка, — заметила она, когда я вышла к ним в кабинет. — Волосы распусти и на бок зачеши. Пусть все тебя точно узнают.

— Илона, мне сейчас с Киром в цеха идти, давай пока оставим узел. К собранию распущу.

— Согласна. Кир, ты сам-то что скажешь?

— Скажу, — откашлялся он, — что вы сейчас парализуете мне работу комбината. Илона, туфли снимай, в цеха пойдешь, как и ты, Агата, в спецобуви, если не хотите травмироваться. — Даже сейчас Кирилл был в первую очередь генеральным директором большого производства, осознавая опасность нашего пребывания в цехах. — Инструкцию по безопасности вам обеим прочесть?