Книга Назад к жизни, страница 59 – Весела Костадинова

Моя рука скользнула по вороту рубашки, пальца спустились, расстегивая пуговицы. Мне казалось, я вся горю огнем. Хотелось не просто расстегнуть их, хотелось сорвать прочь все преграды.

Тихо скрипнула молния, спину обдало прохладным воздухом, а потом на нее легли обжигающе горячие ладони. Черное атласное платье скользнуло к ногам, я осталась в черном белье и чулках.

— Кира, — простонал Михаил.

Каким-то чудом мы оказались уже в спальне, на втором этаже дома.

— Не торопись, — попросил он, сам дрожа от нетерпения, укладывая меня на кровать.

Легко сказать. Внутри меня уже полыхал пожар, погасить который мог только он.

Рубашка, наконец, поддалась и упала на пол.

— Девочка моя, — прошептал Михаил, когда туда же отправилось и мое белье.

Его губы коснулись груди, рука погладила бедра. И тут я застонала, не в силах больше сдерживать желание.

— Тише, любимая, тише.

Пальцы погладили самое сокровенное, чуть сильнее, чуть настойчивее, заставляя раскрыться полностью. Я готова, я полностью готова, но Михаил не спешит.

Нежно гладит меня, осторожно подготавливая, то ускоряет темп, то замедляет, едва-едва не доведя до вершины.

Его пальцы нежные и решительные, губы, кажется попробовали на вкус каждый миллиметр кожи. Эта сладкая пытка заставляет меня изгибаться под ним, таять как мороженое, кусать губы, сдерживая стоны и крики.

— Пожалуйста! — не выдерживаю я.

А потом все мое тело пронзает дикая, почти невыносимая боль.

Я впилась ногтями в спину, а зубами в плечо Михаила.

— Ахххх, — кое-как выдохнула.

— Кира! — мужчина потрясенно отпрянул от меня, замер. — Почему ж ты мне не сказала?

Да потому что сама забыла о том, что в 18 была еще девственницей! Забыла, мать вашу!

— Продолжай, — сквозь зубы простонала я, удерживая его в себе. — Пожалуйста, продолжай.

Его движения были осторожны, он берег меня, старался причинить минимум боли.

Еще одно движение, и я почувствовала, как содрогнулся Михаил, как пульсирует во мне. Его стон стал лучшим лекарством от боли.

Я закрыла глаза, расслабляя напряженные мышцы, позволяя телу отдохнуть.

— Кира, — Михаил поднял голову, лежавшую на моей груди.

— Мишо, если ты сейчас скажешь, что сожалеешь, я тебя… укушу за ухо, — я задела его еще влажные от дождя волосы, зарылась в них ладонью.

Он тихо засмеялся, обнимая меня, прижимая к себе.

Я чувствовала, что засыпаю. Умом понимала, что желательно дойти до ванной, принять душ, но сил на это совсем не осталось. Мерно стучал разыгравшийся дождь по крыше, где-то над нами, в небольшом домике под потолком громко мурлыкали коты, потрескивал камин на кухне. Дыхание Михаила стало ровным и спокойным, тело — расслабленным. Он прижал меня к себе, согревая, унимая боль внизу живота, успокаивая. Я крепко уснула, даже не услышав как он поднялся и сходил в ванную.

— Кира… — тихий шепот над ухом.

— М…. — не хотелось даже шевелиться.

— Пойдем, помогу тебе дойти до душа, — Михаил легко поднял меня на руки, донес до ванной. — Тебе помочь?

Ага, зеленкой помазать и подуть — я не удержалась от смешка, но вслух ничего не сказала, просто поцеловала любимого, отрицательно качая головой.

Мишо дал мне большое белое полотенце и свой мягкий халат, в котором я утонула. Оставшись одна, села в душе, включив обжигающе горячую воду. Все в доме, в ванной пахло Мишо. Я глубоко вдыхала запахи, запоминая, наслаждаясь ими: гель для душа, пеня для бритья, стиральный порошок… Внизу живота все еще жила тянущая боль, но я была настолько счастливой, что даже не замечала ее. В конце концов мой первый раз в прошлой жизни был гооораздо хуже! Вот уж не думала, что снова пройду через это.