Книга Пепел. Гори оно все..., страница 77 – Весела Костадинова

— Ты не облажаешься, Аль, — твердо сказал он. — А твоя мама… ну, она, может, переживает за тебя, но это не значит, что она права. Артур твой, судя по всему, не дурак. Если он с тобой, значит, видит в тебе то, что ты сама порой не замечаешь. Так что не накручивай себя, ладно? Давай лучше в субботу сходим в кафешку, потреплемся, как в старые добрые. Я даже пиццу оплачу, если пообещаешь не реветь.

Альбина рассмеялась, чувствуя, как слезы, которые подступали к глазам, отступают. Она посмотрела на парк, на людей, спешащих домой, и подумала, что, может, Дима прав. Может, она действительно больше, чем ее страхи. И, может, Артур действительно видит в ней то, что она сама пока не научилась ценить.

-Заметано. Жаль Эльки не будет…

— ОООО, чтоб она только о твоем Артуре и говорила? Знаешь, сколько у нее впечатлений было после тех выходных? Я уже подумывал ревновать начать….

— Да брось, ты ж ее знаешь, - отмахнулась Альбина. – Они вроде даже общий язык нашли….Ничего, еще встретимся и может даже на четверых….

— Буду рад знакомству, мелочь, и ты это знаешь, - рассмеялся Дима.

Однако воскресный вечер преподнёс Альбине малоприятный сюрприз – Артур не приехал и не позвонил. А когда она позвонила ему сама, трубка холодно ответила: «Аппарат абонента….»

Она тяжело опустила телефон на кровать, не зная, что думать. Всего неделю назад она была уверена в его чувствах. Вспоминала его слова в деревне, его теплую улыбку, его руку, сжимающую ее лицо, когда он говорил: "Я не собираюсь уходить из твоей жизни". Тогда ей казалось, что этого достаточно, чтобы пережить любые сомнения. Но теперь, сидя одна в пустой комнате, где единственным звуком было тиканье часов на стене, она чувствовала себя глупой, уязвимой, потерянной. Мамины слова — "Через пару недель его интерес начнет угасать" — снова всплыли в памяти, и на этот раз они звучали не как предупреждение, а как приговор.

Альбина судорожно сжала телефон, проверяя экран каждые пару минут, надеясь, что он вот-вот загорится его именем. Может, он просто занят? Может, телефон разрядился? Или проблемы на объекте? Она пыталась придумать оправдания, но каждое из них казалось все менее убедительным. В груди нарастала тревога, смешанная с обидой. Почему он не предупредил? Неужели она для него так мало значит, что он даже не подумал написать?

Она встала, прошлась по комнате, пытаясь отвлечься. Включила чайник, но тут же забыла про него, вернувшись к кровати и снова взяв телефон. Открыла их переписку, прокручивая его последние сообщения: "Держись, рыжик, ты крутая", "Скучаю, малыш". Они были такими теплыми, такими живыми — и теперь казались чем-то далеким, почти нереальным. Она написала ему короткое "Ты где?", но сообщение осталось без ответа, с одной серой галочкой, как насмешка.

Альбина легла на кровать, подтянув колени к груди, и закрыла глаза. Ей хотелось плакать, но слезы не шли — только пустота и холодное чувство, что она, возможно, ошиблась. Что, если мама была права? Что, если Артур действительно начал отдаляться, а она просто не хотела этого видеть? Вчерашний разговор с Димой, его поддержка, его слова о том, какая она сильная, теперь казались ей чем-то вроде утешительной сказки. Сильная? Тогда почему она чувствует себя такой маленькой и беспомощной?