Книга Пепел. Гори оно все..., страница 3 – Весела Костадинова

— Угу, - кивнула Альбина, откидываясь на спинку удобного кресла и отпивая кофе. – Спасибо, Ирина Александровна. Что-то случилось? Все какие-то немного нервные….

— Ой, - она махнула рукой. – Ты сама, главное, в это не лезь. И языком не болтай. Вся компания на ушах: развелся таки наш Миита-старший. Все, свободен, как ветер в поле.

Альбина удивлённо приподняла брови, замерев с чашкой в руках. Ярослав Миита — генеральный директор, основатель и мажоритарный акционер «МиитаСтрой» — был для неё фигурой почти легендарной. Она никогда не встречала его лично, только видела на корпоративных фото, где он выглядел как человек, чья воля способна двигать горы. Каштановые волосы с лёгкой проседью на висках, цепкий взгляд тёмных глаз с насмешливым прищуром, от которого к вискам разбегалась тонкая сеточка морщин, и жёсткая линия рта, не терпящая возражений. На фотографиях он всегда был безупречен: дорогой костюм, сшитый на заказ, интеллигентные очки и аура властной уверенности, от которой даже через экран пробирал лёгкий холодок.

В офисе о нём говорили с почтением, граничащим со страхом. Поговаривали, что Ярослав Антонович управляет компанией с холодной точностью хирурга, а его острый язык способен уничтожить любую некомпетентность за секунды. Ходили слухи, что этот человек, чьи костюмы стоили целое состояние, не стесняется жёстких методов: от молниеносных увольнений до сделок, в которых он переигрывал конкурентов с почти хищной грацией. «Миита не прощает слабости», — однажды сказала Ирина, и эта фраза отпечаталась в памяти Альбины, как неофициальный девиз компании.

— Развёлся? — тихо переспросила Альбина, пытаясь уложить новость в голове.- Это что, новость дня?

— Для нашего курятника, - хмыкнула Ирина, - конечно. Обрати ка внимание, как у доброй половины в офисе сегодня глазенки сверкать будут. И папаша свободен, и сынок. Ой, дурищи….

— Может это первой новостью пустить? – фыркнула Альбина, поглядывая на коллег. – Сто пудово эффект ядерной бомбы будет….

— И последней для тебя, - ответила Ирина, смеясь в чашку с кофе. – Дуры-девки, все-таки…. Пример с них не бери, ради бога.

— Угу… куда мне, - пробурчала Альбина, тщетно надеясь разобраться для начала со своими проблемами. – А что такое?

— Знаешь, — начала она, понизив голос, чтобы их разговор не долетел до других, — не приведи бог у такого, как Миита, в поле зрения оказаться. С виду всё красиво: богат, умён, успешен, костюмы как с обложки журнала. Но цена… — она покачала головой. — Они вон Ларису, его бывшую жену, обсуждают, мол, курица, не удержала такого мужика. А я скажу, что она легко отделалась. Отступные, говорят, получила такие, что на три жизни хватит. И, согласись, сорок два года — шикарный возраст, чтобы начать всё с чистого листа. А главное — подальше от такого, как Ярослав.

Альбина слушала, невольно наклонившись ближе. Ирина редко говорила так откровенно, и её слова звучали как предостережение, выстраданное опытом.

— Такие, как Ярослав, — продолжала Ирина, понизив голос до шёпота, — если что не по ним, мокрого места не оставят. В порошок сотрут и имени твоего не вспомнят. Холодный он, как сталь. Артур, сын его, ещё ладно — помягче. А Ярослав… — она покачала головой, словно отгоняя неприятные мысли.

Альбина рассеяно кивнула, собирая готовые материалы для совещания.