Книга Горянка, страница 52 – Весела Костадинова

Но то, что делало платье по-настоящему неземным, — это рассыпанные по ткани мелкие кристаллы. Они были так умело вшиты в материю, что не бросались в глаза сразу. Но стоило солнечному лучу скользнуть по поверхности платья — и оно оживало: кристаллы вспыхивали холодным, ледяным светом, и казалось, будто на платье легли снежинки, застывшие хрустальными искрами.

Алия не удержалась от восхищенного вздоха — платье было скорее произведением искусства, чем одеждой. Как и любая другая девушка на несколько мгновений она не устояла перед искушением и осторожно задела прохладную ткань, любуясь игрой искр, пробежавших по подолу.

— Оно прекрасно, — тихо заметила Зарема, тоже касаясь рукава и невольно задевая ладонь Лии.

— Да, — Алия не могла не согласиться, но ощутила такую тяжесть внутри, что хотелось закричать. Она резко отвернулась от этого великолепия и быстро вышла из комнаты.

— Вот больная…. — услышала быстрый шепот Аминат вслед.

И ответ Заремы.

— Забыла, кто ее жених?

Вбежала в комнату и ничком упала на кровать, в кровь кусая губы, чтобы не разреветься.

Зарема пришла одна, тихо постучалась и тенью проскользнула в двери.

— Мама велела тебе передать, — она принесла коробочку с кремами и мазями, — это для рук. Старая Ильшат явно перегнула палку.

Лия стиснула зубы и отвернулась от окна.

— Достойная дочь Гитлера, — вырвалось у нее, при упоминании старухи. — Спасибо. Поставь на стол.

Зарема выполнила указание, но уходить не спешила.

— Хочешь, я тебе волосы расчешу, косу красивую заплету? — вдруг вырвалось у девушки.

Лия горько посмотрела на нее, поджав губы, но кивнула.

Зарема робко улыбнулась, взяла со стола расческу и подошла ближе к девушке.

— У тебя очень красивые волосы, — довольно громко сказала она, наклоняясь чуть ближе к сестре и проведя по длинным прядям острыми зубчиками, — только сиди тихо, хорошо?

Лия молча кивнула.

— Я ходила на курсы парикмахера, — сказала она нарочито непринуждённо, как будто вела обычный разговор. Но потом, наклонившись ещё чуть ближе, почти касаясь губами уха Лии, добавила уже иначе: тише, осторожнее, так, чтобы никто не мог прочитать её по губам: — Я звонила твоей маме.

Лия едва не опрокинула стул, на котором сидела, но Зарема, не смотря на юный возраст, с неожиданной силой дернула сестру за волосы так, что у той слезы на глазах выступили.

— Прости, прости… — пробормотала она, — не хотела так сильно!

Лия снова села на место и заставила себя успокоится.

— Она знает, что ты жива… — едва слышно прошелестела Зарема.

— Спасибо! Спасибо, — Лия схватила сестру за руку, не зная, то ли обнять ее, то ли расцеловать.

— Сиди смирно, — рассмеялась та, — а то косо получится.

— И про твое замужество сказала… — снова едва ощутимый ветерок над ухом.

— Зарема…

— Я не могу так, Алия…. — вдруг призналась она, и когда Лия увидела лицо девушки, заметила, как в больших черных глазах сверкают слезы.

— Что… случилось? — одними гуьбами спросила Лия.

— Твоя свадьба через неделю, — бодрым голосом отозвалась Зарема, и, помолчав, добавила, — а моя еще через две! — сказала с гордостью, а по щеке скатилась слеза, губы дрожали.

Лия не знала, что сказать, только и спросила:

— Кто?

— Друг семьи, глава района, Алия, — пальцы, заплетавшие косу заметно дрожали.