Книга Сокол, страница 65 – Весела Костадинова

— Уже, — ответила Лия. — Я велела медсестре подготовить счёт, раз уж теперь я клиентка твоей клиники. Включи в него и свои услуги, Вадим Евгеньевич. Полагаю, осмотр главным врачом стоит дороже, чем обычный.

— Павел у нас тоже не самый бюджетный доктор, — сухо заметил он.

— Не страшно, — Лия мотнула головой. — Руку убери. Или я напишу заявление в Роспотребнадзор о неподобающем поведении.

— Сомневаешься в моём профессионализме? — тихо спросил он.

— Нисколько. Бил ты тоже профессионально, — парировала она. — Всё? Осмотр завершён?

Громов замер на секунду, затем всё же убрал руку и отвернулся к компьютеру.

— Завершён. Придётся пройти курс инъекций. Сейчас тебе поставят первую дозу, а…

— Просто выпиши рецепт, я сама всё выкуплю, — перебила Лия и выдохнула, накидывая на себя простыню.

Он обернулся, прищурился:

— Ставить тоже сама себе будешь?

Лия фыркнула, сдувая волосы со лба.

— Думаешь, не смогу? Громов, ставить себе инъекции — это первое, чему нас обучают перед командировкам. В Африке и Афгане с врачами напряжёнка.

Он внимательно посмотрел на нее.

— Да и хер с тобой, — махнул рукой, поднимаясь, — Паш, — позвал врача, который все это время старательно делал вид, что занят инструментами на столике, — на руку новый ортез, по ноге распиши лечение, выпиши рецепт, отправь в процедурную...

С этими словами он быстро вышел из кабинета.

Получив счет и документы, Лия тихо выругалась, расплачиваясь картой.

— Сцуко… — посмотрела на белоснежный потолок регистратуры, — а ведь могла просто сгонять в Шарите*.... Вот тебе, блин, и бесплатная медицина....

Тихо пискнул терминал, списывая со счета весьма приличную сумму.

*Шарите́ — университетский медицинский комплекс, расположенный в четырёх районах Берлина: Митте, Лихтерфельде, Веддинг и Бух. Клиника относится к старейшим традиционным медицинским учреждениям Германии. Одновременно она является одной из старейших университетских клиник Европы. И одной из самых дорогих))))

Несмотря на прилично опустевшие счета и неприлично полную лекарствами сумку, Лия возвращалась в дом Громова в неожиданно хорошем настроении. Машина мягко покачивалась на кочках, а она то и дело вспоминала его лицо — недовольное, хмурое, а местами откровенно злое — когда он спустился в регистратуру и застал её за оплатой «собственных» услуг.

За это выражение она бы и половину рублевого счета не пожалела.

Особенно тот момент, когда она, абсолютно беззастенчиво улыбаясь, облокотилась на стойку регистратора и самым сладким, доверительным шёпотом — который услышал весь персонал в радиусе пяти метров — произнесла:

— Девушка, и через десять дней запишите меня всё-таки к Раскольникову. Громов хороший врач, конечно… но практикующему хирургу я доверяю как-то больше.

В регистратуре повисла тишина, как перед взрывом петарды. Девушка за компьютером быстро вбила данные, боясь поднять глаза на начальника. А Лия безмятежно улыбнулась своему врагу. Если уж она оплачивает такие счета, то хоть будет развлекаться на полную катушку.

И никогда, никогда больше не даст такому мужчине ни одного повода для манипуляций. Громов и без того держал в руках ее репутацию, и без того мог уничтожить в любой момент, не стоило давать ему еще рычагов давления.

Около дома вышла на улицу и задержалась: дождь закончился, небо распогодилось и нежаркое, садящее уже солнце слегка пригревало лицо, играло лучами в желтеющей траве, опадающей листве деревьев. Женщина вдохнула полной грудью, радуясь, что водитель, высадив ее, тут же поехал с новыми поручениями, не сказав ни слова. Возможно завтра у нее будет время хоть немного прогуляться в парке — огромном, ухоженном, но при этом довольно живописном.