Онлайн книга «Сокол»
|
— Я все рассказала следователю, — холодно ответила Алия, — ничего другого не добавлю. Я проверила ее документы, младшая девочка назвала ее мамой, старшая сопротивления не оказывала…. На ее запястьях были синяки, на шее Маргариты — тоже. Я бы на вашем месте была с дочерью поласковее… — Ты не…. Ты что, — породистое лицо стало наливаться кровью, — считаешь, что это я? Я своему ребенку синяков наставил? Ты совсем ненормальная? — Я вообще вас не знаю, — отрезала Лия, — и лучше бы никогда не знала. Если вы были таким идиотом, что не сдали и не аннулировали загранпаспорт своей жены, задайте себе вопрос, чья вина в этой истории больше, моя или ваша? Глаза Громова стали походить на два ножа. — Эээээ, — вмешался альбинос, чувствуя, что сейчас разговор перейдет в совсем другую плоскость. — Разбежались по разным углам, друзья. Алия, нам не надо сейчас конфликтов. Вот серьезно. Вадим Евгеньевич хочет только знать, что знаешь ты. Ни он, ни я не верим в то, что рассказала Мария. Она несколько недель провела в психушке на обследовании, да, там подтвердили, что она была…. Не совсем здорова… но… похищать детей из-за… ревности? Обиды? Ты сама в это веришь? — Смотря что с ней делали в этом доме, — пожала плечами женщина. — Если к женщине относиться как к вещи— она еще и не такое выкинуть может. Разборчивее в связях надо быть, — не удержалась от язвительности — Громов вызывал четкое чувство неприязни и даже гадливости. Нет в версию Марии она тоже не верила, но вот вполне могла понять почему та могла пойти на преступление. — Ты сейчас обратно в СИЗО поедешь, — прошипел Громов. Алия пожала плечами. Опять же понимала, что бесить его не стоит, однако ничего не могла с собой поделать. — Так, давайте все остынем, — снова вмешался безопасник. — Алия Руслановна, допустим наше знакомство началось не самым приятным образом, ни для вас, ни для нас. И вы, и мы сейчас в одной лодке. Вас подставляют, причем неизвестно зачем вообще, нам хотят скормить версию, что няня Мария, психованная истеричка, на фоне ревности и обиды похитила двух детей. Алия, — он сел напротив нее, — я знаю, где ты работала последние семь лет. Я не верю в то, что ты хоть как-то причастна к этому делу. И Вадим Евгеньевич это знает, — он посмотрел на все еще бордового Громова, и тот кивнул, поджав губы. — У нас… — альбинос потер нос, — есть доказательство твоей невиновности… — наконец, сказал он. — Что? — Алия выпрямилась в кресле. — Что? — Смотри, — Громов ткнул на пульт, который лежал перед ним, и на большом экране появилось видео. Звука не было, но на нем отчетливо было видно, как говорят обе женщины, потом выходят с детьми, потом снова в помещение кафе входит Лия, но уже в куртке Марии. — Эта запись с камер наблюдения в кафе, — продолжил Артем, — то, что подтверждает слова Марии, что ты ей помогала. А вот, — он положил перед ней маленький серебристый диктофончик, — запись вашего разговора. Ткнул кнопку и из диктофона отчетливо раздался звук голоса Лии. — Откуда? — искренне изумилась она, переводя взгляд с одного мужчины на второго. — Случайность, — ответил Артем, посмотрев на начальника. — Марго хотела быть журналистом. Грезила этим три года назад, — тихо пояснил Громов. — На семилетие я и Алиса подарили ей этот диктофон. Она… — голос его стал чуть ниже, — у всех интервью брала. Вопросы задавала постоянно, порой весьма заковыристые, — он вдруг устало усмехнулся, а в голосе послышалась горечь. — Она потом расшифровывала это, статьи пыталась писать… ну как…. Как семилетний ребенок, конечно…. А после…. смерти Алисы, — запнулся, — забросила. Перестала. И мы все забыли про это…. |