Книга Мой лучший враг, страница 175 – Алена Филипенко

Я сажусь перед Ямой на корточки, ощупываю металлические прутья. Голос в голове снова повторяет мне одну и ту же фразу. Но, может быть, не понадобится пилить? Решетки с боков придавливает земля. Осматриваю те места, где прутья врезаются в землю. Может быть, нужно просто раскопать яму вширь и просто вытащить решетку?

Я начинаю копать. Земля твердая, с твердыми камушками и обломками строительного мусора. Камушки забиваются под ногти, причиняя боль. Вскоре под моими ногтями образовывается кровь. Нет, так дело не пойдет. Мне еще понадобятся мои руки. Я оглядываюсь вокруг, замечаю кусок шифера. Беру его, начинаю копать им.

Мне страшно. Я боюсь допустить ошибку. Оно не прощает ошибок. Оно уничтожит меня еще раз. А у меня уже не осталось запасных жизней…

Я продвинулась в одном месте сантиметров на десять – а прутья по-прежнему уходят дальше. Каковы ее размеры? Неужели она такая широкая?

Размахиваюсь. Вдавливаю шифер в почву. Гребу песок. Откладываю шифер. Сгребаю руками землю, откидываю в сторону. Снова беру шифер. Размахиваюсь…

Монотонная однообразная работа успокаивает.

Размах. Удар. Чистка. Бросок. Размах. Удар. Чистка. Бросок.

Глаза чешутся от пота. Их застилает мокрая пелена. Я чихаю от пыли. На зубах неприятно скрипит песок. От пыли чешется все тело.

Несмотря на боль и усталость, я счастлива. Я впервые в жизни чувствую себя охотником, а не жертвой.

Ведь я делаю ловушку.

У меня нет четкого плана действий. Более того, у меня нет даже четких мыслей. Вместо них – какие-то жалкие обрывки слов в голове да взрыв противоречивых эмоций в душе. Я не могу объяснить, что я делаю и для чего. План появится позже. А сейчас я в прямом смысле слова готовлю под него почву.

Перед глазами – коричневая земля, обломок шифера и ржавые прутья решетки. Я сгребаю и сгребаю землю.

Слышу шаги. Вздрагиваю. Оборачиваюсь и вижу мальчишек.

— Вот она! Нашли! – слышу крик Сереги.

Все члены команды в сборе. Я хмуро смотрю на них.

— Откуда вы узнали, где я?

— Рома надел шапочку из фольги и связался с инопланетной космической станцией. А там они уже пробили по своим каналам… – на полном серьезе говорит мне Серега. Мальчишки подходят к яме и с любопытством заглядывают в нее.

— Мне не до шуток сейчас. Хочу побыть одна.

Я отворачиваюсь от них и продолжаю свое дело.

Некоторое время все молчат.

— А чегой-то она делает? – слышу шепот Антона.

— Копает, – отвечает Рома.

— Зачем?

— Будет морковь сажать.

— Морковь? Прям сюды? Нелогично.

— Это ты нелогичный, дурень. Здесь сейчас все нелогично. Яму она роет.

— Но зачем?

— Лучше спроси – для кого.

— Шта-а-а?

Я откладываю шифер в сторону. Смотрю на мальчишек. Мальчишки смотрят на меня с ужасом и недоверием. Я вздыхаю – шутки в сторону. Пришло время для серьезных разговоров.

— Я думаю, что всем нам пришло время поговорить, – говорю я и поднимаюсь с колен.

Мы отходим на плиты, ложимся на теплый от солнца бетон. Мы говорим о том, о чем обычно предпочитаем молчать – о том, как нам приходится жить. О том, чем мы отличаемся от нормальных людей. О том, как Оно забрало наше детство. И пытается забрать оставшуюся жизнь. Мы говорим, и с каждым словом чувствуем себя сильнее, потому что никто из нас не одинок. Мы вместе. Мы делим друг с другом нашу боль. Мы поддерживаем друг друга.