Книга Мой лучший враг, страница 110 – Алена Филипенко

— Антон, улыбок-переглядок? – спросил рома.

— Две.

— Ну ты монстр! Серег?

— Ноль.

— Фи, слабак. Томас?

— Я пас.

— Эх, все с тобой понятно. У меня тоже ноль. Но мне простительно, я болею…Идем дальше… – Рома что-то пометил в тетради. Разговоров с флиртом? Антон?

— Ноль.

— Серег?

— Ноль.

— Томас?

— Я пас.

— Так, у меня тоже ноль. Эротических касаний? Антон?

— Информатичка на уроке наклонилась надо мной и упала на меня своей грудью. Это считается?

— Хм… – Рома стал грызть кончик ручки, обдумывая. – Думаю, да. Один.

— А еще, когда в баскетбол играли, когда на меня Машка бежала, я ее пальцем в ляжку ткнул.

— Хорошо. Засчитано. Серег?

— Меня на рынке какой-то грузин очень эротично погладил по плечу. Это считается?

— Грузин… – Рома задумался. – Наверное, нет. Речь же о девушках! Ноль. Томас?

— В автобусе какой-то старый дед хлопнул меня по заднице, – призналась я. – Это считается?

— Засчитано, – Рома стал чиркать в тетради.

— Эй! – возмутился Серега. – Почему грузин не считается, а дед считается?

— Потому что пол должен быть противоположный, долбокряк! У меня, кстати, два. Врачиха, когда приходила и осматривала меня, два раза ткнулась в меня грудью.

— Эх, – Серега посмотрел на меня с надеждой. – Томас, мы с тобой проигрываем! Давай заключим сделку? Ущипнем друг друга парочку раз и у нас у обоих будет по два касания?

— Еще чего! – наигранно возмутилась я.

— Итак, результаты за эту неделю… – Рома посмотрел в тетрадь. – Антон ведет, Серега проигрывает.

Мы ушли, когда совсем стемнело. И когда услышали с кухню рев Ромкиного бати:

— Сына! Сына, идите жрать! Котлеты!

Рома сначала побледнел, потом позеленел.

Мы побыстрее слились в окошко, пока нам не успели пообещать затолкать котлеты в зад, если мы их не съедим.

Учителя начиная с февраля стали активней пугать нас предстоящими экзаменами. «ГИА вы не сдадите» – вот их твердый и уверенный ответ. Их нудные проповеди нагоняли тоску и депрессию.

На выходных приехали мама с дядей Костей. Они пошли в кафе, отмечать свою шестую годовщину знакомства. Мы с бабушкой много раз их спрашивали – почему они не поженятся? Они вместе уже шесть лет… Но мама все отмахивалась. Но вроде как в последнее время от мамы можно было слышать разговоры о свадьбе. В кафе мама одела свое новое платье. Бежевое, узкое. Моя худая мама в нем смотрелась еще более худой и хрупкой, платье ей необыкновенно шло.

Весь вечер я занималась учебой, а то совсем ее запустила, мамы с дядей Костей не было, бабушка пригласила в гости свою подружку, они пили чай на кухне. А пришедший с работы не очень трезвый дедушка отличался какой-то чрезмерной гиперактивностью. Он спрятался в подвале, окопался там и затих, и только изредка какой-то странный шум и грохот напоминал миру о факте его существования.

В воскресенье мама с дядей Костей уехали, бабушка куда-то ушла, а дедушка, по-моему, так и не вылез из подвала.

С мальчишками ушли гулять. После того, как мы продрогли до самых косточек, зашли в магазин, накупили ролтона и пошли ко мне домой. Потом сидели на полу в моей комнате, ели горячую лапшу и нежились от тепла.

— Что у тебя с Дашкой? – в лоб спросила я Рому, когда вся лапша была съедена.

Он смутился.

— Ничего.

— Ничего не бывает! Колись! – Серега хлопнул его по плечу. – Ты писал ей что-нибудь? Звал куда-нибудь?