Книга Королевы и изгои, страница 86 – Алена Филипенко

— Отойди, Панферов! – приказала Рита. – Пусть ответит.

— Я отвечу за нее, – огрызнулся он и раскинул руки перед Ритой. – Вот я стою, что ты мне сделаешь, а? Я весь твой, детка.

Марк-Гудвин попытался оттолкнуть Севера-Дровосека. Между ними завязалась драка. Я осталась без защиты. Вокруг меня сжималось кольцо из бэшек.

— Думала, все провернешь так, что никто ничего не заметит? – зашипела Рита, схватила меня за косу и потянула вниз.

С радостным боевым кличем «Наших бьют!» на сцену вылетел Малик со своей обезьяньей свитой. Обезьяны напали на моих обидчиков. Из-за кулис выбежал Рома-Людоед и, размахивая дубиной, налетел на Льва-Шепелюка. Со стороны зрителей сцена смотрелась очень странно. Да, в ней должна была быть схватка… Но вовсе не такая. Тотошка, Страшила, Стелла и мигунья нападали на меня, летучие обезьяны защищали и дрались с обидчиками. Гудвин схватился с Дровосеком, а Людоед – с Трусливым Львом…

Непонятно почему, но спектакль все еще никто не остановил. В зале стояла тишина. Где была Валерия Антоновна в этот момент? Может, отошла? Кто-то отодрал от меня Риту, я поднялась. Сердце билось ужасно быстро. В крови бурлил адреналин, я ничего не соображала. Все время приходилось от кого-то уворачиваться и отбиваться. В конце концов меня прижали к левой стороне сцены, совсем рядом – за занавесом, через ступеньки – находился запасной выход. Я юркнула за кулисы, прыгнула через ступеньки и дернула дверь. Она была открыта!

Оказавшись на улице, я помчалась прочь и выбежала со школьной территории. Слышала, что за мной кто-то гнался, но не знала, далеко или близко мои преследователи. Если посмотрю назад – то потеряю драгоценные несколько секунд. Обогнув гаражи, я выбежала к детскому саду, сейчас закрытому. Место было безлюдным. Пробежав по периметру ограждения, я оказалась на пятачке, усыпанном прелыми листьями и обломками кирпичей, – недавно тут снесли ветхое здание.

И вдруг я услышала шорох чуть впереди со стороны территории детского сада. Через пару мгновений на заборе мелькнули тени. Шепелюк и Суханов спрыгнули с забора и оказались передо мной. Они решили сократить путь и пробежали по территории садика. Я остановилась. Обернулась – остальные приближались сзади. Я оказалась в ловушке. Сердце сжалось. Бэшки окружили меня полукольцом. Все еще были в костюмах. Мех вокруг головы Шепелюка распушился от погони. Рита-Стелла заткнула за пояс длинную розовую юбку, чтобы не мешала бежать. Тимур-Страшила потерял пояс, и теперь пляжная соломенная подстилка, служившая ему рубашкой, смешно торчала. Кристина-мигунья, одетая в фиолетовое платье, потеряла шляпу. Суханов-Тотошка где-то лишился второго уха, но зато был в обеих варежках-лапах. У Марка-Гудвина бабочка сбилась с шеи, а жилетка расстегнулась.

Я попятилась и уперлась спиной в решетчатый забор детского сада. Я вдруг почувствовала себя как приговоренная к расстрелу. Бэшки смотрели на меня со злостью. Мой пульс участился, в горле мигом пересохло, и я судорожно сглотнула. Слюна была густой и вязкой. Что они собираются со мной сделать?