Книга Королевы и изгои, страница 62 – Алена Филипенко

Я нахмурилась:

— Что еще за консультация?

— Вот она: наденешь черное – подумаем над твоим УДО!

Подмигнув мне, Север отвернулся к продавщице и озвучил заказ. Я направилась к столикам. Задумалась. Меня могут перестать игнорировать… Как же достал этот бойкот… А всего-то нужно нацепить на себя черную тряпку.

По пути я заметила, что Валерия и Кощей сидят вместе и он смотрит на нее так, будто хочет лечь с ней в одну могилу. Наверное, так он выражал любовь. Вообще, их роман бурно расцветал и по-прежнему обсуждался всей школой. Учителя в большинстве сво ем не одобряли происходящее. Например, историчка и латиничка раз за разом бубнили, что в их времена в преподаватели брали исключительно за знания.

— Сегодня последний день, Александра, – грозно сказал Север над моим ухом, проходя мимо. – В понедельник ты должна определиться, за кого ты.

— За казаков или разбойников? – хмыкнула я. – Я выросла из этих игр, когда мне исполнилось десять.

— Все может быть как раньше, Орлова. Только тебе нужно сделать правильный выбор.

С этими словами староста направился к другому столику.

* * *

За выходные я разработала эскизы декораций и костюмов. Задачка подвернулась та еще: все должно было быть ярким, узнаваемым, но таким, чтобы легко получилось изготовить из подручных средств. Успокаивало то, что у меня как у главного конструктора в подчинении было много народу: и учеников, и неработающих мам.

Я исследовала чердак в поисках реквизита и решила, что из пляжной соломенной подстилки выйдет отличный костюм для Страшилы, а на накидку Бастинды пойдут старые фиолетовые занавески, которые до ремонта висели у нас в гостиной, а теперь лежали в коробке. Параллельно я учила реплики Элли.

В понедельник я собиралась в школу с легким чувством тревоги. Сегодня я должна надеть чертову «униформу», от Панферова больше не будет поблажек. Я положила на кровать черную рубашку и голу бой кардиган, расшитый белыми овечками. Что мне надеть? Пойти против Севера, а значит, против всего класса? Что они могут мне сделать? Продлить бойкот, ха-ха? Да пожалуйста. Но вдруг меня действительно простят сразу, если я наряжусь как на похороны? И все закончится…

Я тянулась то к одной вещи, то к другой. Рубашку я заказывала на «Вайлдберриз», а голубой кардиган – на «АлиЭкспрессе». Доставка заняла три месяца, и вместо весны он пришел летом, когда для него стало слишком жарко. Но я все равно его носила по вечерам, он стал моей любимой вещью.

Я взяла черную рубашку. Все станет как раньше. Ко мне снова ринется толпа с просьбой списать домашку, парни обступят меня на перемене, начнут отпускать фирменные пикаперские шуточки. Я буду ходить в школу и кафетерий со Светой, а перед сном мы будем обмениваться традиционными мемчиками. С этими мыслями я уже застегнула рубашку на четыре пуговицы. И пальцы зависли над пятой. Нет. Ничего, как раньше, не будет. Ты не сможешь вести себя как прежде с людьми, которые предали тебя из-за ерунды. Все изменилось.

Я расстегнула пуговицы, сняла рубашку и надела кардиган. Улыбнулась своему отражению. Вот так лучше. Тебе и правда не идет черный, а вот голубой – твой цвет.

САША

Войдя в класс, я обнаружила, что одна-единственная осталась без «униформы». Понурая Варя сидела в черной толстовке оверсайз, которая была явно не в ее стиле. Панферов сделал вид, что не заметил моего появления. И прекрасно. Может, он вообще от меня отстанет со своими дурацкими правилами?