Книга Королевы и изгои, страница 183 – Алена Филипенко

Мы ничего не нашли.

— Все, хватит на сегодня! – резко сказала я, протирая перчаткой слезящиеся глаза и хлюпая носом. – Мне все надоело, я пойду домой.

Всю дорогу до дома мы не разговаривали и, кажется, даже не попрощались. Мы оба жутко устали от этой тайны, а еще… друг от друга. Больше всего на свете я хотела бы все прекратить и просто жить, как раньше. Я пообещала себе не думать о тайне хотя бы остаток дня. Но, приняв горячую ванну, поужинав и отдохнув, я все равно мысленно вернулась к ней.

ЖЕНЯ

Идея пришла ночью, когда я долго ворочался без сна. В среду я написал Северу сообщение – назначил встречу в туалете. Там я рассказал ему о своем плане. Один я бы не справился, а так как план касался безопасности Саши, он был и в интересах Севера. Я был уверен: Панферов встанет на мою сторону, хотя в других условиях подобное точно не пришлось бы ему по нутру. Но он согласился участвовать ради Саши.

— Союзники? – спросил я сухо и протянул руку.

Панферов, поколебавшись, ее пожал. После школы мы с Сашей снова направились в заброшенный дом, где продолжили поиск листов из дневника, но снова ничего не нашли. Вечером я подготовил ин струменты, которые нам с Севером понадобятся завтра. И вот в четверг утром перед школой мы с Панферовым подошли к многоэтажке Черепанова.

В подъезд вело два входа: отдельный к лифту, отдельный на лестницу. Марк жил на тринадцатом этаже – значит, наверняка пользовался лифтом. У ведущей к нему двери пока никого не было, хотя обычно перед школой Марка ждала у дома большая толпа. Марк никуда не ходил один. Но я планировал его обхитрить.

Мы с Севером обошли дом и встали у входной двери, ведущей на лестницу. Какое-то время пришлось подождать, и вот из нее вышли мужчина и женщина с коляской. Мы пропустили их и вошли внутрь. Мы поднялись пешком на двенадцатый этаж, чтобы не столкнуться с Черепановым – вдруг он в этот день решит пойти в школу пораньше. Встав между двумя этажами, стали наблюдать из нашего укрытия за лифтом на тринадцатом этаже.

Мы ждали Марка. Намеченный план был довольно рискованным. Ждать пришлось минут пятнадцать. Все это время надо было о чем-то говорить.

— Что у тебя к ней? – спросил я в лоб.

Такого прямого вопроса Север никак не ожидал и некоторое время обдумывал ответ.

— То же, что у тебя, – увильнул он.

— А у нас ведь гораздо больше общего, чем может показаться, – заметил я.

— Но и различий достаточно, – возразил Панферов. Мысль, что мы можем быть похожи, явно вызывала у него протест. Куда легче представлять, что мы прилетели на Землю с разных планет.

— Когда все утрясется, как будем ее делить? – задал я вопрос.

— Она не коробка «Тик-така», чтобы ее делить, – отрезал Север.

— Я серьезно, Север. От этого вопроса не убежать.

Панферов посмотрел мне в глаза и выдал:

— Она выберет тебя.

Я опешил. Такого я точно не ожидал.

— Почему ты так считаешь? – нахмурился я.

— Когда бьешь девушку дулом пистолета, потом наводишь на нее ствол, десять раз повторяешь, что ты ее ненавидишь, и советуешь ей сгореть в аду, а она после этого не отворачивается от тебя, это о многом говорит, – хладнокровно объяснил Север.

Я задумался. Слова «Она выберет тебя» почему-то уже не радовали. Если выберет… хорошо это или плохо?

— Ты мне не нравишься, Ерофеев, – продолжил он все так же хмуро. – Я считаю тебя худшим для нее вариантом. Из таких, как ты, рождаются абьюзеры, но… это факт: она слишком долго была влюблена в тебя той уродливой, слепой любовью, которая морально опускает человека. Со временем он просто превращается в растение, чувства притупляются, и он все готов терпеть. Из-за этой любви Саша во многом не видит реальности. Вот что ты делаешь с ней. Как с этим быть – решать тебе.