Книга Королевы и изгои, страница 126 – Алена Филипенко

Дочитав запись, я вскочила и стала ходить из угла в угол. По телу разлилась боль, так отчетливо я представила себя на месте бедной Ады. Как могут родители быть такими жестокими? А дети? Этот Кот просто отвратительный! Злопамятный, обидчивый, мстительный урод!

Мне нужно было отвлечься. Я пошла на кухню за водой и села там за стол, как будто боялась возвращаться в комнату. Все, что происходило на страницах дневника, словно стало реальностью. И теперь эти ужасы поджидали меня в моей комнате.

Я написала Жене:

«Ты дошел до февральских записей?»

Тишина.

«Ау! Женя, ты тут? Мы же договорились не спать, пока не закончим!»

Сообщения висели непрочитанными. Я допила воду и вернулась в комнату, где продолжила чтение. Следующие несколько записей опять не несли особой информации. Ада рассказывала о своих переживаниях и новых наказаниях, которым подвергли ее родители.

Незаметно я провалилась в сон, из которого меня выдернул телефонный звонок. От резкого звука я вздрогнула. За окном все еще было темно. Я полулежала на кровати в неудобной позе, ноутбук сполз с коленей. Судя по тому, как затекло тело, я проспала не меньше пары часов.

Я взяла телефон. На экране истерично дрожало изображение трубки, требующее, чтобы я приняла вызов. Номер был незнакомый. Я нахмурилась, но все же решилась ответить на звонок.

— Алло?

В трубке молчали.

— Алло? Вас не слышно! Кто это? Повторяю, вас не слышно!

Сердце сжалось, когда я отчетливо услышала в динамике чье-то дыхание. Это не были помехи связи. Просто мой собеседник не желал разговаривать.

— Это такой прикол, да? – рассердилась я. – Позвонить среди ночи и подышать в трубку?

И снова зловещее дыхание.

— Прикол неудачный, ясно? Всего хорошего.

Я нажала на отбой, бросила телефон на кровать и спрятала лицо в ладонях. Я дрожала, как осенний лист на ветру. Только я немного пришла в себя, как телефон снова зазвонил – я подпрыгнула чуть ли не до потолка. Посмотрев в экран, я увидела тот же номер. В животе все заледенело от страха. Я ненавидела анонимные звонки и жутко боялась их, ведь люди обычно боятся неизвестности. Когда не видишь, не слышишь собеседника и не знаешь, кто он, от него всего можно ожидать. Отклонив звонок, я добавила номер в черный список, затем поставила телефон на беззвучный режим. Убрала ноутбук на стол и рухнула на подушку.

Мои сны походили на жуткий калейдоскоп: необычайно яркие, они с катастрофической скоростью сменяли друг друга. В одном сне я убегала от матери Ады, которая неслась за мной с крестом. В другом за мной кто-то гнался, и я все никак не могла убежать – ноги были будто залиты свинцом. Еще в одном сне Женя толкнул меня с обрыва и закричал голосом Дины: «За что ты убила меня?!» С обрыва я упала в чью-то могилу, и меня тут же стали закапывать… Не хватало воздуха, земля забивалась в нос и рот. Легкие разрывало.

Я вскочила на постели и стала жадно дышать открытым ртом. Господи, это всего лишь сон! Нос был заложен, и я потянулась за назальным спреем. Еще не хватало заболеть… За окном стояла темнота. Я глянула на часы – до звонка будильника пятнадцать минут. Чувствуя себя совершенно разбитой, я снова рухнула на подушку и все оставшиеся драгоценные минуты проспала без сновидений.

В школе я никак не могла сосредоточиться на уроках. Хорошо, что осталось три дня до конца первой четверти и оценки по многим предметам уже проставили. Поэтому я весь день провела в своих мыслях и прямо на уроках читала дневник Ады с телефона.