Книга Лишний в его игре, страница 133 – Алена Филипенко

Он хватает с кофейного столика железную вазу с сухоцветами и бросает мне под ноги, кричит:

— Забирай мою комнату!

Затем переходит к полкам, достает книгу за книгой и бросает в меня, словно снарядами.

— Мою маму, мою кровать, всю мою долбаную жизнь забирай! Все равно она никчемная!

Свечи, фотографии в рамках, горшок с орхидеей, висевшие на стене декоративные фарфоровые тарелки — все летит в меня. Все разбивается вдребезги.

— Жри, подавись!

Наконец устроенный хаос удовлетворяет Ярослава, и он убегает в свою комнату. Судя по шуму, начинает собирать вещи. Я стою все так же оцепенело, уже не понимая, что чувствую: то ли вину, то ли что-то другое. Растерянно смотрю на погром.

— Я помогу убрать, — тихо говорю я.

Катерина Николаевна подходит сзади и кладет мне руку на плечо. Я оборачиваюсь.

— Я сама уберу. Думаю, тебе ненадолго стоит уйти, — виновато говорит она. — Приходи вечером, когда все кончится, хорошо?

Я киваю и подчиняюсь. А когда я возвращаюсь, Ярослава уже нет. Как и следов погрома. Катерина Николаевна предлагает мне остаться на ночь. Там. В комнате Ярослава.

Я вхожу в нее. Его вещи действительно исчезли, в шкафу теперь висит только моя одежда — та часть, что обычно висела в шкафу в гостиной. Катерина Николаевна говорит:

— Я постелила свежее белье. Ты можешь перенести сюда учебники и вообще все, что тебе нужно.

Я ложусь спать. Вот только мне неуютно, я чувствую вину. Мне кажется, что я и правда украл чужую жизнь. С другой стороны, я все еще ликую: она поверила мне. Выбрала меня. Теперь я ее сын, а он — нет.

Я долго не могу уснуть. Выхожу на кухню попить воды. Замечаю включенный свет, приоткрываю дверь. В кухне сидит Катерина Николаевна. Плачет. На столе — бутылка амаретто и широкий бокал.

Не решившись показаться ей на глаза, я тихо возвращаюсь в комнату.

День 1 моей свободной жизни

Район, где я жил с мамой, граничит с лесом, и как-то у его кромки в траве я заприметил штук десять уличных погребов. У каждого — квадратная железная крышка на уровне земли, рядом торчит труба вентиляции с железным «грибком» на конце. По грибкам я это место и заметил. Я периодически натыкался на такие погребные кооперативы в нашем городе, но не знал, что это и откуда.

Судя по тому, как все заросло травой, эти погреба давно заброшены.

После того как я окончательно порвал отношения с крю, я забрал рюкзак у Башни. Пришел сюда с «кладом», кусачками и новым замком.

Я выбрал тот погреб, который был закрыт на самый ржавый замок. Потрогал цепь — она рассыпалась под пальцами. Без труда перекусил ржавые звенья, открыл крышку. Внутри было пыльно и пусто. Погреб уходил в глубину на метр, а в ширину и длину — метра на полтора-два. Я убрал туда рюкзак со стаффом. А потом к стаффу добавились деньги из маминого сейфа.

Теперь пора наконец все забрать. Ведь у меня появилась своя квартира.

Эта однушка выглядит прилично, хоть ремонт и делали давно. В комнате старый паркет, застеленный ковром, неплохой диван. Уродская советская стенка, шкаф, письменный стол. Есть подушки и одеяло, постельное белье и полотенца. Правда, все старенькое и пахнет пылью. Надо перестирать. И вообще прибраться здесь.

Кухня маленькая, метров шесть. Старенький мебельный гарнитур синего цвета, газовая плита, микроволновка, стиральная машина. Есть даже посуда. Ванная совмещена с туалетом. На полу и стенах — светло-зеленая плитка. Такого же цвета, кстати, обои в комнате. И почему этот блевотный зеленый меня преследует? Сама ванна чугунная, без всякой закрывающей панели — такое корытце на ножках. Немного убого, конечно, но сойдет.