Книга Все не то, чем кажется, страница 133 – Алена Филипенко

Я клею на висок датчик и погружаюсь в чужую память. Это удивительное ощущение: я действительно проживаю кусочки чужой жизни. Смотрю на все глазами пациента и даже слышу его мысли. При этом я могу делать что угодно: сидеть, стоять, ходить, мыть посуду. Но чтобы сконцентрироваться на воспоминаниях, я предпочитаю находиться в тишине и смотреть на зелень. Так я лучше сосредотачиваюсь.

Я просматриваю выборку воспоминаний пациента, а на экране рабочего ноутбука передо мной представлена карта мозга. При каждом воспоминании на карте подсвечивается тот или иной участок. Когда я добираюсь до нужного воспоминания, я отмечаю это на карте. Так я перерабатываю всю выборку. Затем забиваю информацию в программу, которая записывается на крохотный чип. Этот чип хирург внедряет пациенту в голову.

Программа – искусственный интеллект. По предоставленной ей информации она ищет в памяти человека все нужные детали и образы, отбирает их и в итоге получает множество нейронных связей, отвечающих за конкретные воспоминания. Затем к мозгу человека подключают внешнее устройство, которое воздействует на нейроны электрическими импульсами. Программа дает ему команду, куда и как посылать импульсы. Тем самым разрушаются или меняются отобранные связи так, чтобы нужные воспоминания были удалены.

Еще «Лотос» проводит большую работу с окружением пациента, вычищая всю возможную информацию об удаленном из памяти человеке. Всех родственников, друзей, коллег, знакомых оповещают, чтобы молчали. Конечно, до всех не доберешься, риски остаются, но в отделе контактов «Лотоса» опытные сотрудники, они делают все возможное и невозможное.

О совместных фото и видео из соцсетей заботится уже искусственный интеллект. С помощью технологии распознавания лиц ИИ быстро находит такой контент. И стоит только поставить галочку в своих настройках напротив пункта «Я не даю согласие на публичное размещение своих изображений совместно с таким-то человеком» (дальше можно загрузить фото), и такие материалы автоматически удалятся. Это удобно: не нужно писать каждому пользователю. Этот алгоритм соцсети разработали по требованию организаций здравоохранения, сразу после того как заболевшим стали массово проводить процедуру стирания памяти.

Раньше, до того как ты заболела, мы старались забыть о СОЧ. Как и многие, сознательно отгораживались от этой тяжелой темы. СОЧ тем не менее пытался проникнуть в нашу жизнь. В виде социальных баннеров, на которых изображено искаженное гневом лицо в разбитом зеркале, а внизу тянется надпись: «Распознал симптомы СОЧ? Позвони на горячую линию». В виде памяток заболевшим и их родственникам, которые периодически присылают на электронную почту. В виде жутких случайных рассказов, которые против воли ловишь краем уха на улице и в транспорте:

— Целился молотком в голову. Но она увернулась, в итоге колено смолол в порошок.

— Ничего себе! Он же был такой. И мухи не обидит. А как он ее любил.

— Да, вот что эта зараза делает с хорошими людьми. Когда в себя пришел, расплакался. Конечно, сразу побежал стирать ее из памяти.

— И как она сейчас?

— Ничего, ходит с палочкой и скучает по нему. А он живет в другом городе. Снова ниже травы, тише воды.

Мы с тобой мало говорили о СОЧ: замкнулись на себе и друг на друге, на нашем маленьком идеальном мире. Я соприкасался с темой только по работе. Никогда мы не боялись, что кто-то из нас однажды заболеет. Словно у нас был иммунитет. И вот это случилось.