Книга Уходи и дверь закрой!, страница 36 – Ирис Белый

Она посмотрела внимательно на меня и примолкла. Остановился во дворе и быстро вышел из машины. Дождался ее, отвел в квартиру, глянул на часы. Три ночи. Нам бы спать, а мы по городу мотаемся.

— Ложись спать. Я посплю на полу, утром уеду. — это что я сказал? Голос холодный и пустой.

— Я полезла не в свое дело? — поинтересовалась она, скрещивая руки на груди и глядя на меня. Закрылась, защищается. Черт.

— Да!

Отворачиваюсь, боюсь посмотреть ей в глаза.

— Прости!

Поворачиваюсь и не могу отвезти взгляда. Наши взгляды встречаются, и читаю ее глазах сожаление. Слова рвутся сами собой:

— Он был моим братом. Его уже нет. Умер в тюрьме.

— Мне жаль. — в глазах вина.

— Он убил нашу мать.

Вздрогнула. Испугалась? Нет там только беспокойство. Но за кого? За меня что ли?

Она делает шаг ко мне.

— Прости.

Поворачиваюсь к окну, сдергивая куртку. Не хочу видеть жалость и тут же слышу вскрик ужаса.

— У тебя кровь! Тебя ранили.

Смотрю на рубашку. А я и забыл, что надел сегодня белую. Пропиталась кровью и стала красной на рукаве. Черт.

— Это царапина, не страшно.

— Тут аптечка есть? — в глазах Ани плещется ужас, а голос решительный, и спорить явно бесполезно.

— Была где-то. — пожимаю плечами и не сдержавшись морщусь от боли.

Вижу, как она быстро бегает по квартире в поисках аптечки, а потом заставляет меня сесть на диван, чтобы обработать царапину. Я диву даюсь, какая же она добрая.

— Это царапина, мелочь. — нежно улыбнулся я ей.

— Но обработать все равно надо! — упрямо возражает она, поднимая взгляд от ранки, на которую накладывала пластырь.

Я и сам не знаю почему. Просто заметив тревогу в ее глазах, я не могу сдержаться. Придвигаюсь к ней ближе и накрываю ее губы своими. Сопротивляется. Но быстро прекращает отвечая на поцелуй. Может стресс. Какая разница. Стягиваю ее куртку и разрываю футболку. Моя! Ловлю ее дыхание губами и прижимаю к себе крепче. Снимаю с нее штаны и прикасаюсь к ее клитору. Готова? Да. И тут она отстраняется.

— Нельзя! Ты ранен! — еле дышит, а глаза полны желания.

— К черту! — рычу я, снова накрывая ее ротик своим и начиная ласкать тело.

Дальше все как во сне. Давно забытые чувства вернулись. Соскучился. Люблю! Моя!

Но вот страсть угасла, и я жду ее скандала, но вместо этого она сначала проверяет рану, а потом кладет голову на мою здоровую руку и с улыбкой засыпает. Я же еще долго смотрю на спящую женщину в моих руках и клянусь, что она будет счастлива, чего бы это мне не стоило.

Утро наступило слишком быстро и встретила я его одна. Проснувшись, я сразу поняла, что в 'постели' Толи нет. Но все же очень надеялась, что он в квартире, но ошиблась. Разочарование было сильным. Нет, не потому что переспала, а потому что оставил и ушел. Хотелось плакать, ведь я снова доверилась ему, а он исчез.

И как ему после этого Михаила доверять? Мысль о сыне напомнила мне, что я не слышала его голос с вчерашнего обеда. Захотелось набрать номер Виолетты, но вспомнив о событиях минувшего дня, я решила не подвергать сына опасности.

Он с подругой в полной безопасности, а я должна разобраться в этих событиях. Одно мне понятно — как-то связано с Толей. Но причем тут я? А может это связано со мной? С моей работой?

Эти вопросы мучили меня весь день. Я честно старалась сосредоточиться на чем-то другом. Изучала квартиру, готовила обед, смотрела телевизор и читала книги, но все равно думала только об одном, почему моя, только начавшая налаживаться жизнь, вдруг так изменилась? И как это исправит?