Книга Дочь врага. Цена долга, страница 57 – Дина Данич

Машина неожиданно останавливается возле высокого забора, но лишь на мгновение – едва ворота чуть поодаль начинают открываться, как мы проезжаем дальше.

Наверное, надо задать вопросы, уточнить, где мы, но я по-прежнему как будто сплю – просто смотрю в окно, запоминаю все, что вижу, но не более.

Просторный двор, но явно не чищенный. Словно никто здесь не живет.

Отстраненно отмечаю, что дом одноэтажный, и других построек рядом не видно.

Дверь с моей стороны открывается, и Оскар, бросив быстрый взгляд на меня, сам отстегивает ремень безопасности. Затем пытается взять меня на руки, но я упираюсь ладонями ему в грудь.

— Куда мы приехали? – тихо спрашиваю.

— Туда, где ты будешь в безопасности, – просто отвечает Романо.

Снег становится все сильнее. Холодный воздух все больше проникает в машину, а я – в одном платье, еще и порванном. Судорожно выдыхаю, чувствуя, как кожу холодит.

— Доверься, – просит Оскар, и я в итоге все же киваю.

Он вытаскивает меня из машины, перехватив поудобнее. Слышу, как хлопает пассажирская дверь.

Ближе прижимаюсь к мужчине, стараясь спрятаться в его тепле – он такой горячий, что контраст заставляет чувствовать все куда острее.

Когда мы, наконец, заходим в дом, первое, что я понимаю – здесь никто не живет. Такое бывает – сразу ощущаешь только пустоту.

Щелчок замка позади нас звучит особенно громко, будто разлетаясь по всему дому, в котором мы с Оскаром остаемся наедине.

Отрезанные от мира.

Двое.

Только мы…

Эта мысль неожиданно захватывает меня полностью.

Дом. Мы с Оскаром. Одни.

Чувствую ладони у себя на плечах, вздрагиваю. Слишком неожиданно и в то же время логично.

— Ты дрожишь, – выдыхает мне на ухо Романо. – Боишься?

— Нет, я…

Не выходит сформулировать мысль. Не получается понять, что именно я хотела бы сказать. Что я? Дрожу, потому что боюсь позволить себе надеяться? Боюсь отпустить свои мечты? Или, может, дело в том, что его близость сводит меня с ума, лишая здравомыслия?

— Подожди немного, – просит Оскар.

Его руки пропадают, и я вздрагиваю, но теперь уже от холода, который охватывает меня. Мужчина обходит меня и скрывается в глубине дома.

Обхватываю свои плечи, кутаясь в куртке. Охаю от неприятной боли в районе груди – порез ощутимо саднит, мелькает мысль, что надо бы его обработать.

Здесь мягкое освещение, теплое. Дом хоть и пустой, но не вызывает у меня какой-то неприязни – совсем не так, как у Лазарро.

Мысль про жениха застывает в голове, пульсирует алым. С момента, как Оскар забрал меня, я не вспоминала о нем. Часть меня бунтует против того, чтобы в принципе думать об этом человеке.

Не хочу вспоминать.

Просто не хочу. Нет сил на это.

Оскар возвращается и, подойдя достаточно близко, мягко подхватывает меня на руки.

— Ты что? – испуганно цепляюсь за его рубашку, чувствуя жар мужского тела.

В голове проносится мысль, что на улице же холод такой, а он в одной рубашке, и как будто совсем не замерз.

— Тише, пташка, – шепчет Романо и приносит в просторную ванную комнату. Осторожно ставит меня на ноги. Теперь наша разница в росте остро ощущается – рядом с ним я маленькая, почти незаметная. Тогда как Оскар – словно скала возвышается надо мной. Вот только он не пугает меня, напротив.

— Тебе надо согреться. Я включил нагрев воды, но понадобится несколько минут.