Книга Дочь врага. Цена долга, страница 100 – Дина Данич

Сандра мне все равно не верит, а потом на ее лице вдруг проступает понимание.

— Так ты про Ванессу?

Вздыхаю расстроенно. Мне банально больно продолжать этот разговор, и я перевожу разговор на другую тему:

— Это правда, что ты нашла врача для Мишель, который ее прооперирует?

Я очень надеюсь, что Сандра поймет мой намек и не станет давить. Несколько секунд она недовольно смотрит на меня, но в итоге принимает правила игры.

— Да, и у нее очень хорошие прогнозы. Хочешь узнать подробнее?

— Конечно!

— Тогда иди в детскую, – приглашает Сандра. – Я покажу тебе все.

На пороге детской я замираю от восторга. Видно, что она была изначально для одного ребенка – Данте. Но так уютно и удобно нашлось место и для Мишель, что я снова едва ли не плачу.

Вспоминаю момент, когда мы нашли малышку, и то, как смотрел на нее Оскар. Как отказался отдавать в приют.

Конечно, я знаю, кто он такой, и все же его поступок опять открывает для меня этого мужчину с другой стороны.

“У него есть Ванесса”, – строго напоминаю себе, чтобы не допустить больше никаких обманчивых ожиданий.

Ни к чему это.

Данте раскапризничался, и в итоге Сандра забирает его к себе в спальню, чтобы Мишель смогла поспать. В детской помимо кроваток есть большой удобный диван. Усаживаюсь на него с Мишель, тихо напевая ей колыбельную. И эта прекрасная умница потихоньку засыпает. Уложив ее поближе к стене, пристраиваюсь на диване, чтобы быть рядом, если она вдруг проснется. Обещаю себе, что полежу так совсем немного.

Но просыпаюсь, когда за окном уже совсем темно.

В комнате горит только ночник, а у меня на плечах теплый плед.

В первый момент дергаюсь испуганно, но тут же замечаю мужской силуэт. Остро чувствую чужой взгляд и понимаю – это Оскар.

Страх уходит так же быстро, как и вспыхнул.

— Извини, я разбудил тебя.

В голосе Оскара искреннее сожаление. Слишком отчетливо улавливаю это и не могу просто отмахнуться. Часть меня все же хочет верить в сказку, что бы ни происходило.

— Все хорошо. Я не собиралась здесь спать.

— Как ты?

Его вопрос ставит меня в тупик. В комнате полумрак, и все же я могу различить выражение глаз мужчины. Он насторожен, точно ему действительно важен мой ответ.

— Все хорошо, спасибо.

Мой ответ повисает между нами, укрепляя стену из противоречий.

— Послушай, я не… – он осекается, едва только Мишель всхлипывает, а я шикаю на него тут же.

— Тише, а то разбудишь.

Замечаю на лице Оскара улыбку, как будто я не замечание ему сделала, а наоборот, похвалила.

— Я переложу ее в кроватку, – тихо говорит он и, придвинувшись, наклоняется к малышке. Я не спорю, хотя часть меня бунтует против такого самоуправства. Приходится напоминать себе, что это не мой дом, и прав у меня тут нет никаких.

Как только Мишель снова сладко сопит, укрытая легким пледом, Романо вдруг берет меня за руку и ведет за собой.

— Но Мишель…

— У меня радионяня, – заявляет он и все же уводит из детской.

До моей комнаты мы идем в молчании, которое сильно нервирует. Впрочем, идти-то не так далеко, и все равно я успеваю себя накрутить.

В ярком свете я уже не так смело могу смотреть Оскару в лицо, поэтому отхожу к окну, чтобы выдержать безопасную дистанцию.

— Я должен был уехать, чтобы решить некоторые дела, – зачем-то говорит он.