Книга Птица, лишенная голоса, страница 78 – Рукие Идели

— Мне жаль, Омер. После таких слов даже твоего присутствия в этом доме будет недостаточно, – мой голос звучал даже спокойнее, чем я ожидала.

Он смотрел на меня, не зная, какие еще слова ему нужно подобрать. Я была права. Даже ради Ясина я бы не осталась здесь ни секунды. Мне очень нравился Омер. Он действовал на меня умиротворяюще, даже когда просто сидел рядом и молчал. Он был со мной в трудные минуты, но, к сожалению, на этом наше общение должно закончиться.

— Пожалуйста, – покачал он головой, и я понимала, что ему действительно жаль. – По крайней мере, останься на эту ночь. Завтра мы найдем для тебя безопасное место.

Я улыбнулась.

— Мне очень приятно, что ты так заботишься обо мне, но не стоит, – я аккуратно подтолкнула к нему чемодан, пытаясь свести этот разговор на нет. – Просто помоги мне спустить его вниз.

Омер отрицательно покачал головой:

— Я не могу, Эфляль.

— Отлично, тогда я сама его потащу, – ответила я, и тогда Омер выхватил чемодан из моих рук и откатил его в сторону.

Он собирался что-то мне сказать, но я уже отвернулась, взяла второй чемодан и начала заполнять его вещами. Омер молчал. Он должен был понять меня. Я солгала ему о своих чувствах – на самом деле мне было невыносимо больно. Возможно, я изначально была о них слишком высокого мнения, хотя, если бы на их месте кто-то другой сказал мне те слова, я бы все равно ощутила эту боль.

Я боялась признаться себе, что меня задело то, что именно Каран так со мной поступил. Кое-как собрав второй чемодан, я встала и обернулась. Омер сидел на том же месте. Непонятно, когда и как, но в комнате появился Каран. Я остановилась в удивлении.

— Омер, оставишь нас на минуту? – спросил он сухо.

Если, говоря «нас», он имел в виду его и меня, то это была ошибка. Мне больше не о чем с ним говорить. Меня не волновали перепады его настроения. Омер молча вышел за дверь, а я продолжила складывать вещи в чемодан. После нескольких секунд полной тишины я услышала грустный голос Карана:

— Извини меня. Я очень разозлился и неосознанно выместил это на тебе.

Из моего горла вырвался горький смешок.

— Ты прав, конечно ты прав. Ты не заслужил того, чтобы я злилась на тебя или вообще с тобой говорила, – ответила я быстро.

Я пошла в ванную и начала сметать вещи с полок. Каран стоял в дверях и молча смотрел мне в спину. Я не игнорировала его, просто вела себя так, как будто его вообще не существовало. Я приложу все усилия, чтобы через пару часов он навсегда исчез из моей жизни.

Подойдя ближе, он произнес шепотом:

— Ляль.

Я резко развернулась, мои глаза, казалось, вот-вот могли выскочить из орбит от возмущения.

— Не смей называть меня Ляль! – повысила я голос.

Он никогда раньше не называл меня по имени, и это был первый раз, когда он обратился ко мне; но я не могла позволить ему называть меня «Ляль». Только отец меня так называл.

— Ты мне никто! Не смей называть меня так! – сердито крикнула я прямо ему в лицо.

По его удивленному лицу стало понятно, что он не ожидал такой реакции.

— Мне очень жаль, – произнес он. – Я просто…

— Ты просто что? Ты просто что, Каран? – Я зло рассмеялась. – Если ты указываешь мне, как себя вести, то сам не забывайся! Ты не имеешь права произносить мое имя так, словно мы с тобой друзья!

Я ударила его в плечо и вышла из ванной, крикнув вдогонку: